Бриллиант из крокодиловых слез

 – У тебя на лице все написано! Я вас сию минуту лично арестую и сдам в отделение, а там пускай разбираются!

По всему чувствовалось, что это не пустая угроза, тем более что генеральша успела вооружиться зонтиком покойного генерала, который для подобных случаев держала рядом с дверью. Зонтик был длинный, тяжелый, в мощных руках генеральши он представлял серьезную опасность.

Подозрительные гости вылетели из квартиры и скатились по лестнице на один этаж. Только здесь они перевели дыхание и переглянулись.

– Ты чего это деру дал? – окрысился тощий.

– А ты чего, не дал? – обиделся толстый.

– Я только за тобой. Когда ты побежал, тогда и я присоединился, чтобы не разделяться… А ты хорош – старухи испугался!

– Это такая старуха!.. – выразительно протянул толстяк. – Не простая старуха, сам видишь. Ее не то что мы с тобой, ее, может, сам Холодильник испугался бы…

– Ладно, – дернул носом тощий. – Мы, это, никому рассказывать не будем, как с этой бабкой прокололись…

– Ясен пень, – поддержал его напарник.

– Тот тип явно не к ней зашел. Эта бабка его дальше порога бы не пустила.

– Ясен пень, – согласился толстяк, явно позабывший после общения с генеральшей многие слова.

– Так что будем считать установленным фактом: наш клиент зашел в квартиру на пятом этаже. Вот в эту самую!

Тощий тип решительно шагнул к двери Катиной квартиры.

Услышав звонок, Катерина в первую минуту вообразила, что приехали из больницы, чтобы сообщить ей что-то ужасное о муже.

Правда, в следующую минуту до нее дошло, что это маловероятно. Из больницы никто так просто не приедет, в крайнем случае ей просто позвонили бы, а там, за дверью, наверняка не кто иной как Ирка Снегирева, которая обещала приехать для моральной поддержки.

Катя вздохнула, потрясла головой и бросилась к двери.

– Сейчас, Ирка, одну секунду! Я уже открываю!

Однако на пороге оказалась вовсе не Ирина.

– Здрасте. – Катерина с удивлением разглядывала незнакомцев. – А вы к кому?

– К вам, – ответил тощий тип с нездоровым морщинистым лицом. Сейчас он попытался изобразить на этом лице дружелюбную улыбку, но улыбка явно не получалась – выходил больше волчий оскал.