Амулет снежного человека

Пожалуй, она была не маслянистой, а шелковистой… И еще она была теплой, как живая человеческая рука.

– Выброси! – неодобрительно процедил Кирилл.

«Еще чего!» – подумала Тина и бережно спрятала свою находку за пазуху.

Они вернулись в дом, и Кирилл налил ей чаю из термоса – горячего, ароматного, он добавил в него каких-то сушеных ягод, что купил вчера утром на придорожном рынке у старухи. Старуха сказала, что ягоды называются птичья рябинка, и отвар их пьют для памятливости. Тина поглядела с недоверием, но спорить с Кириллом не стала, тем более что старуха производила приятное впечатление – одета чисто, и глаза такие светлые, умные… Тем не менее незнакомые ягоды есть нельзя, это Тина с детства знала.

А сейчас выпила чай, потому что больше ничего не было. Печку Кирилл так и не сумел растопить, в доме пахло дымом и летали клочья сажи. Дров не было, и Кирилл расколол колченогую табуретку.

– Никак не горит, – жаловался он, – вроде бы и сухая…

«Энергетика мешает», – с удивившим саму себя ехидством подумала Тина, но вслух ничего не сказала.

Тем не менее после чая Тине сразу стало куда легче, настроение поднялось, усталость отпустила ее.

Кирилл что-то говорил, но Тина его не слушала – она вспоминала свой удивительный сон, вспоминала то удивительное существо, которое пришло в избу, залитую лунным светом. Сейчас она поняла, что в том существе было главным: не огромный рост, не длинные, тяжело свисающие руки, даже не голос, звучавший у нее прямо в голове.

Внезапно Тина почувствовала странное тепло у себя за пазухой – там, где она спрятала свою находку.

– Ладно, пойду, посмотрю, что там с мотором… – проговорил Кирилл и нехотя поплелся к машине.

Видно было, что он всячески откладывал этот момент – уж очень не хотелось ему признать, что они влипли всерьез и он понятия не имеет, как отсюда выбираться. Ведь у них нет еды, и не работает мобильная связь, и до ближайшей приличной дороги далеко, пешком не дойти.

Однако стоило Кириллу сесть за руль и повернуть ключ в замке зажигания – мотор ровно заурчал, как сытый кот.