Бегемот и муза

А он-то лежал спиной к окну. И потом, самое главное – пистолет.

– Что пистолет?

– У наркоманов пистолет вряд ли мог быть, а серьезные бандиты не стали бы связываться с этим дядькой. Что у него, в самом деле, брать?

– Так к чему ты, интересно, клонишь? Что его убили из-за моего Мамбазимбры? Тогда почему же они его не взяли?

– Действительно, почему? – Ирина усмехнулась. – Слушай, ты хоть разверни его, покажи, из-за чего мы так рисковали.

– Лучше уж дома. – Катерина неожиданно покраснела.

– Ты меня прямо заинтриговала! – Ирина округлила глаза. – Что это за Мамбазимбра такой, что его на улице даже разворачивать нельзя?

– Сейчас домой придем – я тебе его покажу…

Ирине послышались в Катькином голосе какие-то ревнивые и собственнические интонации.

Войдя в Иринину квартиру, Катька осторожно положила сверток на кухонный стол.

– Ир, у тебя ножницы есть – упаковку разрезать?

– Сейчас, – отозвалась Ирина.

– Да ладно тебе. – Катя взяла у подруги ножницы и аккуратно разрезала плотную бумагу. – Вот он, мой Мамбазимброчка!

Ирина изумленно уставилась на стол. Кокер Яша, который всегда старался быть как можно ближе к эпицентру событий, тоненько и испуганно заскулил.

На кухонном столе возвышалась резная статуэтка из черного дерева, изображавшая мужскую фигуру.

– Мда, – протянула Ирина, – Мамбазимбра – это действительно он, а не она, здесь никаких сомнений быть не может.

Сомнений действительно не было. Главное достоинство Мамбазимбры, определявшее его половую принадлежность, едва не превосходило рост самого божка и находилось в таком состоянии, что воспитанная Ирина невольно покраснела.

– Катька, ты даешь! Я от тебя такого не ожидала.

– А что такого, что такого? – Катерина заслонила собой Мамбазимбру, как будто ему что-то угрожало. – Это произведение искусства, а не какая-нибудь банальная порнография! Традиционное изделие народных умельцев Африки! Фольклорные мотивы! А то, как ты на него смотришь, свидетельствует только о твоей испорченности! Так, знаешь, можно и в «Спящей Венере» Джорджоне увидеть порнографию.

– Все-таки у Венеры нет такого украшения…

– Потому что она женщина!

– «Давид» Микеланджело – мужчина, а ведь у него тоже нет этого украшения.

– Есть! – горячо возразила Катерина.