Бегемот и муза

– Вот так, вот и славно, – приговаривал брюнет, медленно заводя ее на скрипучее рассохшееся крыльцо. – Все по-тихому, ни стука, ни грюка. Нам ведь шум ни к чему, правда?

Следом за ними шел потный плешивый мордоворот с синим чемоданом в руке.

Притворив за собой дверь избушки, он швырнул чемодан на пол и грубо прорычал:

– Ключ давай!

– Да, Ксюша, – промурлыкал брюнет, – давай-ка ключик от чемодана! Ты же девочка большая, понимаешь, что все равно мы его заберем.

Почему-то этот брюнет с его ласковой фальшью казался Ксении страшнее лысого громилы.

Она полезла в сумочку за ключом. Оба похитителя жадно следили за ее руками.

Брюнет выхватил у нее из рук маленький плоский ключик, сунул в замочную скважину чемодана и тихо выругался.

– Ты что, – поднял он на Ксению бешеный взгляд, – шутить вздумала? Ты же, мать твою, большая девочка! Ты же понимаешь, что мы с тобой сделаем! Где ключ?

– Это тот самый ключ, – еле слышно проговорила Ксения.

– Почему же, блин, он не подходит?

– Да кому нужен этот ключ? – прорычал лысый и одним ударом кулака сшиб с чемодана замок. – Что ты из всего проблемы делаешь!

Чемодан распахнулся, и из него посыпались незнакомые Ксении вещи: безвкусные юбки, лифчики немыслимого размера, что-то вроде огромного лоскутного одеяла…

– Это не мой чемодан, – проговорила она вполголоса, но похитители не слышали ее.

Они не слышали ее и не смотрели в ее сторону.

Ксения внезапно ожила. Она поняла, что сейчас тот самый момент, когда она должна действовать. Именно сейчас ей дается единственный шанс.

Бандиты стояли между ней и дверью, поэтому она бросилась к окну. Надела сумочку на руку, как боксерскую перчатку, высадила окно и в снопе осколков бросилась в него, как в прорубь. Она успела почувствовать боль от порезов на лице, упала в густые заросли крапивы под окном, вскочила и припустила по запущенному огороду, петляя, как заяц.

– Ты куда, стерва! – послышался сзади злобный хриплый крик лысого бандита. Сразу вслед за этим криком негромко прозвучал револьверный выстрел.

Ксения споткнулась. Ноги ее подогнулись, и она упала в густой пыльный бурьян. Перед глазами переплетались стебли травы, спешили по своим неотложным делам насекомые.