В плену искушения

Пришлось торопливо прятать руки в карманы джинсов, чтобы не выдать нервозности.

Маруся до последнего избегала встречи с тяжелым взглядом Нагашева. Девушка знала, как именно к ней относится этот мужчина.

Как к сопливой малолетке, которая вечно влезает в неприятности.

В этом Маруся окончательно убедилась позавчера, когда они все вместе решили отпраздновать день ее рождения в клубе у Рустама. А ведь рядом были и Мила с Семеном, и Кир с Лесей, а этот нахальный самодур все равно вытащил ее из клуба и отправил домой.

Ну ладно. Не назвал. А так, сравнил.

Однако день рождения был испорчен. И Маруська половину ночи прорыдала в подушку.

А сейчас вот, приперся, лоб двухметровый!

Маруся все стояла спиной к двери, делала вид, что занята изучением Сашкиной игрушки, которую сама же и подарила час назад. Нажимала кнопки. Слушала веселые песенки.

И моментально почувствовала, как в комнате стало душно.

Пришлось повернуться, предварительно натянув на лицо вежливую улыбку.

Нагашев стоял, опираясь бедром о спинку дивана, который визуально разграничивал столовую и кухонную зоны.

Мысленно Маруся спрашивала мужчину: «Ну неужели нельзя смотреть в окно, на фотографии, в собственный телефон? Зачем так пристально смотреть на меня, а точнее, на мои волосы?».

Маруся упрямо сжала губы. Да плевать ей на мнение этого человека! Плевать!

– Ты где стриглась? У них там точно есть лицензия на парикмахерскую деятельность? Выглядит стремно! – вместо приветствия заявил Рустам.

– Лучше, чем твои полтора сантиметра! – воинственно ответила Маруся.

Нагашев провел ладонью по ежику коротких волос. Усмехнулся, не сводя взгляда с девчонки.

– Ну как сказать, – парировал Рус, – Меня устраивает.

– Вот и меня моя прическа устраивает! А свое мнение, Рустам Русланович, можете сунуть в зад…, – процедила Маруся.

– И даже так официально, Мария Алексеевна? – хмыкнул Нагашев. – Привыкаешь к новой работе? Ну привыкай.

– А ты мне не «нукай»! – ощетинилась девушка, – Здесь не твой клуб, а дом моего брата!

– Ой, завелась, юла, – отмахнулся Рус.

А из детской комнаты раздался пронзительный крик проснувшегося к ужину мужика. Александр Семенович громогласно заявил о своих желаниях. Но Семен был еще в ванной. А Милолика суетилась у плиты.

– Руська, будь другом! Тащи пацана на горшок и сюда, – выкрикнула Мила, не вслушиваясь в пикировку двух гостей.

Рус и Маруся синхронно шагнули в сторону детской.