В погоне за солнцем

Ты что, в зеркало не смотришь? Красавица! Женихи вон в очередь выстраиваются!

– Кстати о красоте, – Агата не отрываясь наблюдает за тем, как Нелли перекладывает ей в тарелку кусочек торта, – весь вечер хочу сделать вам комплимент по поводу этого шедевра. Даже жалко, что разрезали. Как вы такую глазурь делаете?

Нелли, всю жизнь посвятившая семье и благоустройству домашнего очага, довольно улыбается. Выпечка – ее пунктик. Кроме того, она не сомневается, что интерес Агаты к ее кулинарным хитростям искренний.

– Не то что моя Регинка, – досадует Нелли. – Ты знаешь, у нее напрочь отсутствует тяга к домоводству. Только и знает, что крутиться перед зеркалом. Ведь для женщины быть хорошей хозяйкой не менее важно, чем хорошо выглядеть. У тебя есть планы на выходные?

Агата пожимает плечами:

– Вроде нет.

– Приходи к нам в субботу. Испечем такой же тортик вместе. Знаешь ведь мое кредо – рецепты нужно снимать с рук, а не записывать.

Пока Нелли, загибая пухлые пальчики, перечисляет ингредиенты чудо-торта, Агата вновь ловит себя на мысли, что именно материнская любовь, а вовсе не внешность позволяет девочкам с детства чувствовать себя принцессами и вырастать истинными королевами…

– Слушай, а почему твоя мама не пришла? – вдруг спрашивает Нелли.

– В последний момент не отпустили с работы.

– Жаль… – Нелли слегка кривит рот. – Ладно, передавай ей привет. Пусть позвонит… как-нибудь.

– Обязательно передам, – Агата думает, что ее преподаватель Вильчук прав на ее счет – врать она действительно не умеет, но не прав он в другом: у нее куча слабостей… А уже в следующую секунду она упирается взглядом в чью-то ладонь и, подняв голову, с досадой понимает, что этим жестом ее приглашают на танец.

– Я не танцую, Гордей, – быстро отвечает Агата, надеясь, что поклонник не проявит настойчивости. В школе всем известно, что Гордей Литвинцев – парень из параллельного класса, неравнодушен к Агате, и несмотря на то, что вовсе не обделен женским вниманием, время от времени возобновляет попытки ухаживания.

– Я попросил поставить эту песню специально для тебя.

– Похвально, но я уже сказала, что не танцую.

– Ладно, не хочешь танцевать – не надо, – Литвинцев бесцеремонно отодвигает стул и садится рядом с Агатой, – но ты можешь уделить мне пять минут? Мне нужно поговорить с тобой. Пять минут!

– Ну, говори, что тебе нужно?

– Нет, не здесь. Давай отойдем.