Укротить ураган

Иветта озадаченно посмотрела на ношу, оказавшуюся в ее руках. Обычная коробка, на которой размашистым почерком стояло «Новый год».

Иветта послушно утопала в указанную сторону. А следом, спустя минуту появился и Тарас со сложенной искусственной елкой в руках.

Ива застыла, глядя, как парень воюет со странной конструкцией и устанавливает ее в угол комнаты.

– Помогай, чего стоишь? – скомандовал Тарас, стягивая свитер через голову.

В процессе раздевания, парень случайно зацепил и футболку. И глазам Иветты предстал оголенный живот с убегающей вниз дорожкой волос.

Вмиг нахлынули воспоминания, тщательно подавляемые девушкой.

– Ох, детка, вижу, чего тебе хочется на самом деле, – хмыкнул и подмигнул Тарас, – Но секс у нас по расписанию чуть позже. Нужно еще поставить елку и приготовить праздничный ужин.

Щелчок по носу оказался весьма внушительным. Иветте захотелось швырнуть коробку прямо в нагло ухмыляющуюся рожу. Но отчего-то портить елочные украшения – рука не поднялась.

– Спи ночью осторожно и чутко, – зловеще пригрозила Ива.

– Покусаешь? – с восторгом поинтересовался Тарас.

– Хуже, – пообещала Ива, и, вспомнив фразу, брошенную ей совсем недавно, – Но тебе понравится.

– Не сомневаюсь, – ничуть не испугался хозяин дома.

Глава четвертая

Ершистое

Разговор с Василием Павловичем Барычинским, старшим братом и строгим родственником по совместительству, был коротким. Иветте предстояло соврать любимому родственнику о своем месте нахождения. Она и соврала.

Беседа с его законной и любимой женой, Агриппиной Ильиничной, оказалась более трудной. Подруге пришлось вкратце поведать историю, правдивую и нелицеприятную. В ответ Груня повздыхала и попросила пригласить к телефону Тараса, соседа и друга детства.

Парень с готовностью согласился на беседу. Поздравил с минувшей свадьбой и с наступающим Новым Годом.

Иветта кусала губы, ожидая, пока парень закончит любезный разговор и вернет ей телефон. Но Вольных только испытывал ее терпение, мило беседуя с девушкой и улыбаясь невидимому абоненту. Зато его улыбки видела Ива и злилась. Необъяснимо. Немыслимо. Непостижимо. Она не могла отыскать достойного оправдания, но злость сковала каждую клетку ее тела.