По праву твоего рождения

Впрочем, настроение у Дашки было соответствующим.

Два шага девушка успела сделать от капота машины. А дальше крепкие обжигающие пальцы сомкнулись на ее локте и дернули.

Со всей силы ее впечатало в широкую грудную клетку, а клепки на потертой куртке больно врезались в кожу.

Дикий смотрел на нее так, словно готов был разорвать на мелкие куски. И разорвал бы, наверное.

Хрустнув зубами, хищник шумно втянул носом воздух. Дашка видела, как его зрачки вновь вспыхнули огнем и тут же погасли, их заволокло тьмой.

– Ты его встретила. Уже! – прорычал мужчина.

Не ослабив захвата, Дикий потащил ее в здание мотеля. Подойдя к стойке администратора, вынул из кармана смятую купюру. Крупную, но изрядно потрепанную.

Вообще, Дарьяна отметила, что все у этого мужчины было слегка поношенным, покрытым пылью, устаревшим. Но эта мысль ускользнула, когда в руке хищника появился ключ от номера. Не ключ-карта, а вполне себе объемный брелок с допотопным ключом.

Номер им достался с отдельным выходом и вполне приличный, несмотря на статус и качество заведения.

Но и это замечание благополучно испарилось, когда входная дверь с грохотом захлопнулась, отсекая их с хищником от любопытных взглядов администратора.

Дикий, выпустив наконец ее локоть из захвата, сбросил обувь, а следом и избавился от куртки.

Даша покраснела, когда увидела, как ловкие пальцы рывком справляются с пряжкой ремня.

Двух шагов хватило, чтобы добраться до ванной комнаты. Дверь была хлипкой, а слышимость – идеальной. Потому Даша прекрасно понимала, что мужчина дает ей время, чтобы передумать. Ведь входная дверь не закрыта, всего лишь стоит провернуть ключ, и дорога на свободу открыта. Однако Дарьяна не пошевелилась.

Струи воды шумели, заполняя комнату клубами пара и звуками. Но даже сквозь эту помеху Дарья могла легко разобрать, как тяжело и рвано дышит хищник.

– Я не передумаю. Дело не в тебе, просто… Просто это единственное, что я могу решить сама. Выбрать того, кто… Просто выбрать хоть что-то самостоятельно, – негромко произнесла девушка, словно ища оправдания своим поступкам или одобрение.

Шум воды оборвался. И только пара капель сорвалась с характерным плеском. Даже их падение Дарья слышала четко, словно находилась в той же комнате.