Право на страсть

Я с улыбкой наблюдал, как мой грозный старший братец превращается в сентиментального мужика, как только рядом появляется его любимая женщина.

Он был достоин того счастья, которое отвоевал. Но тем не менее я самую малость завидовал ему. Ратти была замечательной.

Вспомнил, как в первую встречу с Русланой перепутал этих двух девушек. Теперь, разумеется, я видел, что Раттана и Руслана – совершенно разные. Но ведь в тот момент я допустил мысль, что хочу обладать женой брата. Стало мерзко на душе. Пошел бы я против Романа? Не знаю.

Пока Рома и Ратти «здоровались» пылко и страстно, я мысленно отметил, что у моей Руси немного другая фигура. Талия уже, бедра круче. Грудь… тут неуверен, ибо грудь Раттаны мне полапать не дадут. А вот ладони все еще помнили, каковы наощупь мягкие полушария Громовой. Не грудь, а сказка!

Интересно, девчонка вновь разбила бы мне нос, если бы узнала, что я половину ночи провел в компании жуткого «стояка», любуясь полноватой грудью?

Нет, грядущую ночь я не останусь зрителем, буду действовать.

Воспоминания были настолько яркими, а воображение – живым, что член ожил в штанах. Нет, пора оставлять брата с невестой и ехать к Громовой. Давненько я не злил и не смущал эту девушку.

Попрощавшись с Романом и Раттаной, оставил сладкую парочку наедине, а сам помчался в офис, пока не начали задавать вопросов. Но по пути сделал пару звонков в охранную фирму брата. Я точно знал, что те же люди охраняют и дочь Громова. Пора принять меры предосторожности. Не понравился мне тот тип, что проник в квартиру Русланы сегодня утром.

Глава 7

– Дочь, ты ничего не хочешь мне сказать? – вместо приветствия раздался громоподобный голос отца из динамиков телефона.

Я готовилась к этому разговору с самого утра. Влад – весьма предсказуем. Не удивлюсь, если он после визита, нанесенного мне утром, помчался с докладом домой к моим родителям.

– Это я «затерла» крыло на твоем «Ровере», когда приезжала в прошлый раз? – предположила я, зная, что ошибаюсь. Отец не станет тревожить меня по таким мелочам, как царапина на его любимом внедорожнике.

– Прохор Аркон-Реми, дочь? – вкрадчиво произнес папа.