Моя. Под запретом

Теперь Демид не просто не позволит Свете уехать, даже из дома не выпустит.

По крайней мере, пока они не прояснят все.

Это все, конечно, мысли. А вот что касалось чувства – Демида телепало. Он все еще слышал тихие стоны-вскрики, чувствовал ее губы, ощущал, как горела кожа от неглубоких царапин от коротких ногтей.

Прежде Демид бесился, если партнерша пыталась пометить его. Оставить след от помады на одежде, царапины на спине, засосы на шее. На подобные метки у Ирбиса был запрет.

А сейчас – он кайфовал от того, что носил на себе следы страсти малышки.

И да, он вновь хотел ее. Хотел больше. Хотел всего. И притормозить было сложно.

А Света затихла. Молча обнимала его за шею руками и не двигалась.

Пришлось выпустить все же Свету из рук, когда лифт добрался до нужного этажа. Но распахнув перед девушкой двери квартиры, Демид вновь поднял Свету на руки.

– Я сама! – запротестовала Тахирова.

Демид упрямо нес ее в ванную комнату, а оказавшись внутри, провернул защелку в замке.

– Выйди! – поджала Света губы, когда Демид опустил ее на пол в центре ванной.

– Свет, завязывай, – едва заметно усмехнулся Ирбис и стянул свою футболку. Отбросив ее в сторону, принялся расстегивать пряжку на ремне, а следом и молнию. – Ты видела меня. Теперь моя очередь.

– Нет, Демид! – Света вскинула руки ладонями вверх, словно пыталась преградить парню путь к себе. А Демид не пытался подойти, просто медленно раздевался, не сводя с девушки обжигающего взора. – Послушай! Это все ошибка. Да, я сама не знаю, что на меня нашло.

Ирбис! Да услышь же меня! Маша тебя любит! Я не могу так с ней поступить!

Демид уже разделся и все же шагнул к ней. Привычно серьезный и суровый, но Света видела, что он стал совсем другим. Глаза изменились. И в них появилось что-то, отчего путались мысли.

– Я тебя слышу, Свет мой, – голос Ирбиса звучал глухо, потому что мужчина стоял невероятно близко к ней. Шагнул, разведя руки девушки в стороны так, что теперь касался обнаженным торсом мягкой ткани свитера.

А Тахирова даже через одежду ощущала крепкие и напряженные мышцы убийственно красивого тела. – И пока что мне не нравится половина фраз, которые ты говоришь. Не ошибка это. Да и Машка здесь при чем?

– Теперь я ничего не понимаю! – вспыхнула Света и подняла глаза к лицу Демида.

Ирбис воспользовался этим. Обхватил пальцами девичий подбородок, мягко, но властно зафиксировал. А Света смотрела, как к ее губам приближается твердый и требовательный рот.