Моя. Под запретом

Ведь в его тачку невозможно попасть. Нужно просто закрыться изнутри и ждать.

Но, разумеется, Света не осталась в стороне. Кто бы сомневался.

Скрипнув зубами, Демид увидел, как Света осторожно выходит из салона. А в руке держит пистолет. Ирбис понимал, что девушка умудрилась порыться в бардачке.

– Все просто, Демид Георгиевич. Твой батя стоит на своем. Поглядим, как изменится его решение, если единственный сыночек поторчит некоторое время у нас в гостях, – заговорил Виталик, а Демид ни черта не удивился.

– Ехал бы ты, Виталя, обратно на свою территорию, – предложил Демид, не опуская рук, держа их на виду.

– Послушай умного человека, – негромко произнесла Света, застыв позади Виталия. И в тишине переулка щелчок предохранителя показался весьма громким.

– Свет, вернись в машину! – хлестко распорядился Ирбис. Он даже думать не хотел о том, что будет, если Виталик вдруг решит поиграть в крутого и направит пистолет уже на Свету. Взор затянуло пеленой ярости. И теперь Демид твердо знал, что до конца дня он Фальковского сотрет с лица земли.

– Пусть сперва пушку уберет! – возразила Света.

– Надо же, какая горячая цыпочка, – хохотнул Виталий, взбесив Ирбиса еще больше.

– Света! В машину! Живо! – отчеканил Демид, медленно ступая вперед и не сводя взгляда с противника.

Фальковский никогда не отличался храбростью. А потому Демид рассчитывал, что утырок просто сбежит. А перед бегством Ирбис переломает ему сперва руки, а затем и ноги.

Фальковский не сбежал по одной простой причине.

До Виталика Демид добрался, когда обстановка накалилась. И один из телохранителей приближался к Свете слева. Девушка не видела вооруженного охранника. Все ее внимание оказалось сосредоточено на том, чтобы держать пистолет у затылка Фальковского. А по бледному лицу девушки Ирбис понимал, насколько она сейчас была напугана, пусть и держалась внешне спокойно.

– Сяду. Вместе с тобой, – отчеканила Света и на секунду обернулась туда, откуда надвигалась угроза. – Отзови своих!

Демид видел, как ствол сильнее вжался в башку Виталика. А в голосе Светы звучал металл.

– Замрите, парни! – скривился Фальковский, не делая резких движений. Очевидно начал пониматься, что не стоит недооценивать девушку с пистолетом в руке.

Нет, если бы не сложность ситуации, Ирбис поплыл бы на эмоциях.