Курьер на полставки

Адмиралов вышел из машины, прихватил с заднего сиденья сумку с ноутбуком и документами, пиджак, и бросил на Выдренко недовольный взгляд. Машка сидела в кресле пассажира и никак не могла дотянуться ногой до специальной ступеньки, цеплялась рукой за дверную ручку и пыхтела.

Адмиралов вздохнул, обогнул своего монстра и, перехватив левой рукой сумку и пиджак, правой легко приподнял девушку и опустил на землю. Машка если и смутилась, то виду не подала. Мало ли, матушка Адмиралова уже дежурит у окна.

Но, как оказалось, родители Бармалеевича задерживались.

– Экономка уже приготовила ужин, – пробормотал Савелий. – Нужно только разогреть и подать на стол. Ты с этим ведь справишься? Спальня там. Неси вещи. Располагайся.

Адмиралов неопределенно махнул рукой в сторону стены с тремя одинаковыми дверьми. А Машка растерянно вздохнула.

– Махни еще разок, Савелий Бармалеевич, – предложила девушка.

– Господи, в кого же ты вредная такая?! – пробормотал Савва, наливая воду в стакан и делая жадные глотки.

Мария стояла в нескольких метрах от молодого человека. И взгляд помимо воли скользнул по его шее, замер на границе ворота.

– Ну-ка, стой смирно! – скомандовала Мария.

Девушка стремительно приблизилась к Адмиралову. Внимательно присмотрелась к участкам кожи, не скрытым тканью рубашки.

– Ты что-то съел? У тебя есть аллергия на что-то? – допытывалась Машка.

– На кого-то, – скривился Савелий, пытаясь увернуться из цепких рук девушки. Но та не отпускала.

– Это понятно, – закивала Машка. – У меня талант такой: вызывать в людях аллергическую реакцию. Но я серьезно спрашиваю: ты аллергик?

– Нет, я абсолютно здоров! – мотнул головой Адмиралов.

– У тебя температура, сыпь и, судя по тому, что ты постоянно чешешься, то и зуд, – поясняла Машка словно маленькому, неразумному ребенку.

– Нужно накрыть на стол, чтобы не слушать причитания матушки, – пробормотал Савва. – Все со мной в норме. Это просто переутомление.

– Мне кажется, это просто ветрянка, – скептично скривилась Машка. – Ты болел в детстве ветряной оспой?

– Не помню, – повел плечом Адмиралов и поскреб ладонью затылок.

– Вот лучше не чеши! – скомандовала Мария. – Позвони матери, спроси. Уж она-то должна знать, чем болел ее сын.