Капучинка

– Ну, как при чем, – донесся голос Игната из кухни, – Он же живет в твоем шоколадном сердечке.

– Придурок, – вздохнула Лика, и молча отправилась в спальню.

– Он самый, – хмыкнул Игнат, ополаскивая стаканы и убирая их в шкаф.

Убрав посуду и весь мусор, Игнат решил, что в усмерть устал. Позвонив из кухни парням из охраны, отпустил их до утра, а сам, достав из шкафа подушку и плед, улегся на диван. Капучинка его утром грохнет, на куски порежет десертной ложкой, но ему почему – то уходить никуда не хотелось.

А утром, проснувшись около шести, Малика потопала в душ. И уже выходя из него в одном полотенце, увидела в коридоре ботинки Игната.

– Говнюк, – беззлобно проговорила девушка и скрылась в спальне. Одевшись и собрав сумку для тренировок, Малика вошла в гостиную. Парень дрых, раскинув руки. На лице самое ангельское и невинное выражение, которое Лика видела в своей жизни.

– Угу, ангел, – заметила Лика, – Демон, блин, не иначе.

Первым желанием было накрыть спящую морду подушкой и как следует надавить.

– Какой же ты придурок, – вздохнула Лика, и, рискнув, провела кончиками пальцев по немного колючей щеке, – Самый настоящий идиот.

Лика грустно улыбнулась. Осмелев, погладила уголок рта и заставила себя убрать руку от лица парня. Вздохнув, девушка пошла в коридор, вынула из комода запасную связку ключей и положила ее рядом с портмоне и мобилкой Игната на журнальный столик. А сама ушла, осторожно прикрыв дверь.

Глава 2

Спустя месяц.

– И все-таки она классная, – с восторгом в голосе произнес Данчик, глядя на танцпол.

Игнат проследил за взглядом друга, так, на всякий случай. И не смотря он прекрасно догадывался, о ком ведет речь парень.

Взгляд застыл на танцующей женской фигурке. Каждое ее движение наполнено грацией и изяществом. Фигурка двигалась плавно, завлекая и привораживая. Ритм музыки ускорялся, и движения становились быстрыми, словно клинки, каждую секунду нанося колотые раны на душу парня.

– Чего тогда не подкатишь? – выплюнул Игнат, отпивая пиво из бутылки.

– Выжидаю удобного момента, – пожал плечами парень, переключив внимание с танцующей девушки на сидящего напротив друга, – А ты? Сам бы завязывал херней страдать.