Диадема Справедливости

– Ты слышал о свистке, призывающем Флейтиста?

Блондин фыркнул:

– Кто же о нем не слышал? Мне кажется, все это ерунда. Неужели Флейтист позволит из фаланги своего мизинца сделать свисток для призыва? Глупее и придумать ничего нельзя. Постой! А зачем тебе Флейтист?

– Да хочу, чтобы он мне сыграл как-нибудь!

– Не смешно! – насупился друг.

– Это точно, – подтвердил я, – Мне не до смеха.

– Но Флейтист своей игрой может создавать миры, перекраивать реальность, заменять одну душу другой… Даже королям и королевам не подвластно такое!

Что тут скажешь? Это правда.

[1] Роджер Желязны роман «Хроники Амбера.

[2] Бабочка (ирланд.)

[3] Людей.

[4] Страна Вечного Лета

Глава 2

Королева Тианиель в платье цвета ягод остролиста стояла у перил королевской ложи, возвышавшейся над турнирной ареной. Волосы того черного цвета, который бывает лишь на крыльях райских птиц, прямыми прядями спускались на оголенные вырезом плечи. Отсюда, снизу, её глаз не видно, но знаю: они глубокого аметистового оттенка, холодные и переменчивые, как ветер ранней весной.

Мой родной Неблагой, Темный, Ночной, Двор Теней… Сколько названий! Все они отражают лишь частичку сути. На самом деле существа, обитающие здесь, мало чем отличаются от тех, что нашли приют при Благом Дворе. Правила, этикет, интриги, вечная борьба за частицы власти, не прекращающиеся никогда – все, что угодно, лишь бы наполнить смыслом существование. Вольные фейри очень давно отказались в этом участвовать. Некоторых из них выслали за провинности, другие сами так захотели, найдя смысл долгой, почти бесконечной жизни в других вещах.

Флейтист – один из таких. Он – легендарная личность, овеянная слухами даже у нас. Лично его знала королева Мэдб. Говорят, он был знаком с прародителями, некоторые считают его одним из них… Не знаю, чему верить. Сили рассказывал как-то семейную легенду, как Мэдб стала королевой: это ведь не просто титул! Трон нелегко завоевать, но ещё сложнее удержать. Так вот, корону ей обеспечил Флейтист, подарив своей флейтой волшебный голос, которому никто и ничто не может противостоять.

Правда, как у всего, у этого дара был изъян: лишаясь голоса, Мэдб не могла сплести ни одного заклинания, полностью теряя силы. Этим в свое время воспользовались враги, преподнеся ей кусок посоленного сыру, которым она подавилась и умерла. Кто это подстроил, так и не выяснено до сих пор. По общему согласию, смерть королевы решили считать роковой случайностью.