Анти-Авелин

– А дальше, – очнувшись, продолжил Боголюбов, – дальше были безоблачные и счастливые дни совместного брака. Бог не дал нам детей, но наша гармония от этого не нарушилась. Лиза очень хотела вернуться в Россию. Ее воспитывали как русскую барышню, и она грезила этой страной. Открылись границы, и я реализовал ее мечту. Так мы оказались здесь.

– А как же дело в Париже?

– Франция – цивилизованная страна. Там можно оставить свои дела на профессиональных управляющих без опасения, что ты потеряешь абсолютно все.

К тому же, не реже, чем раз в полгода, я приезжаю в Париж и контролирую бизнес.

– А ваша супруга?

– Вы не поверите, но она затворница. Она прекрасно поет, музицирует, но при этом не стремится к какой-либо деятельности вне дома. Сказывается русская генетика, вероятно. Привычка к домострою.

– Если честно, не верю. Как может не тянуть в страну, в которой ты родился и вырос?

– Я сейчас все объясню. Папенька Лизы был крайне старомодным человеком. Он дал дочери домашнее образование, строго следил за кругом ее общения, который был весьма мал, и состоял только из немногочисленных родственников.

Лиза практически не выходила за забор загородной резиденции. Бывали редкие выезды в театры, и то – чаще на гастрольные спектакли русских трупп.

– Ей что-то угрожало?

– Мне ничего не было известно об этом, но теперь я думаю – возможно.

– То есть, вы хотите сказать, что ни Елизавета Федоровна, ни ее отец ничего не говорили вам о существующих у них проблемах угрозы со стороны кого-либо?

– Ничего.

– Они не говорили вам о своих связях с Орденом Иезуитов?

– О связях не говорили, а об истории происхождения рода глава семейства рассказывал. Но здесь я вас разочарую. Во время экскурсов в историю семейства, подчеркивалось, что произошедший разрыв с католическим прошлым стал отправной точкой, сформировавшей уклад семьи. И возвращение на историческую родину Лизоньки было наиважнейшей целью.

– С чем, по вашему мнению, связано такое щепетильное отношение к религиозным вопросам?

– Православная религия стала гарантом существования этой семьи, отношение к ней почти мистическое.

Вам стало бы все более понятно, если бы вы хоть немного пообщались с членами этой семьи.

– Мне это еще предстоит, – ответил Петрович.

Повисла пауза. Петрович понимал, что Боголюбов многое не договаривает. К вопросам, которые он задавал, хозяин особняка был готов.