Анти-Авелин

В кабинке уборной извлекла из кармашка флакончик с амброй, капнула на запястье, как учила Катерина, сверху спрыснула духами, и еще амброй, для верности.

Войдя в зал, обнаружила скучающего сомелье. К счастью, Илья Андреевич сидел спиной к входу.

– «Кьянти Классик». Только быстро! – прошипела Мила в ухо сомелье, ухватив его за рукав пиджака.

– Будет сделано, – понимающе отреагировал знаток вин.

Мила, как ни в чем не бывало, прошла к своему столику.

– Прошу прощения за прерванный разговор, – и томно взглянула на собеседника.

Илья Андреевич галантно пододвинул стул.

– Мы, кажется, остановились на работе, – начала Мила, взмахнув руками с амброй, – для лучшего результата.

Ей очень захотелось рассказать о зануде главном бухгалтере, о бестолковой секретарше, но подсознательное ей подсказывало, что Илья Андреевич не предназначен для подобных разговоров.

– Я руководящий работник, на хорошем счету у более высокого руководства, имею соответствующее высшее образование, – Мила сама себе не верила, что рассказывает о себе подобным образом, но Илье Андреевичу это, как ни странно, нравилось.

– А сын у вас чем занимается? – поинтересовался жених.

Пока Мила вспоминала анкетные данные своего мальчика, принесли спасительную бутылку Кьянти.

– Я вино не буду, – отрезал Илья Андреевич.

– Я буду, – переключила на себя внимание официанта Мила.

– Хорошее вино? Я спиртное не потребляю вообще, – похвастался он.

– Сочувствую, – не поддержала она. – Моя подружка называет это вино «червивкой», а мне оно нравится.

Сделав три глотка и опустив бокал, Мила встретилась с тревожным взглядом Ильи Андреевича.

– А расскажите о себе, – вдруг осенило ее.

Илья Андреевич как будто ждал этого. Многозначительно облокотившись на стол, он начал:

– Вам Екатерина Олеговна наверняка про меня уже в общих чертах рассказала. Для начала, я хотел бы изложить вам свои жизненные правила.

Они достаточно ясны и просты, как это бывает у человека, который точно знает, чего он хочет от этой жизни. Мне хотелось бы создать семью, наладить свой быт, но я не терплю случайных людей. Жить надо среди «своих». Мне очень важно, что человек из себя представляет. Я не буду садиться за стол, с кем попало. В моей семье принято считать свой дом своей крепостью.

«Он же мещанин», – догадалась Мила, и с Ильей Андреевичем ей сразу стало все понятно.