Упоение местью. Подлинная история графини Монте-Кристо

 – Вот тут, Ирочка, и наступает важный момент. К добыче начинают приближаться гиены – отвратительные, мерзкие твари. И часто львица уходит, не желая вступать в борьбу. И добыча могла бы остаться у жадной воющей своры, но если рядом есть лев, который, защищая добычу львицы, способен одним взмахом лапы отогнать гиен, то порядок восстанавливается и справедливость торжествует. Царь он, в конце концов, или не царь?

– Царь, конечно, – снисходительно согласилась Ирина. – А львица – царица! – не смогла не добавить она.

– Я к тому веду, – серьезно продолжил Шаляпин, – что люди, которым мстил граф Монте-Кристо, были подобны гиенам, отнявшим чужое. Вы же, Ирочка, рассуждаете как львица, не желающая унижать себя борьбой с гиенами. А за свой кусок надобно стоять, – протянул он назидательно, – и уж тем более за подлость и низость наказывать. Так-то вот, голубушка. А то неровен час от гиен отбою не будет! И так уж развелись повсюду, – сдвинул он брови. – Все крутятся, высматривают, вынюхивают, как бы только застать тебя врасплох и урвать хоть чего.

– Боюсь, Федор Иванович, – в глазах Ирины снова блеснули озорные огоньки, – природа распорядилась так, что мне все же придется довольствоваться ролью львицы и надеяться на встречу с царем зверей, достойным моего внимания, – она бросила насмешливый взгляд на спутника, который, видно, не найдя что сказать, покашлял и начал поправлять шляпу.

– Федор Иванович! Смотрите, как быстро кончился дождь! – воскликнула Ирина, выставив ладошку из-под навеса.

– Весна-а! – благодушно пробасил Шаляпин. – У природы настроение меняется, как… – бросил на Ирину смеющийся взгляд, – у молоденькой девушки, по сто раз на дню. Пойдемте-ка, голубушка, а то ваш батюшка волноваться будет: куда его сокровище запропастилось? – подхватил он Ирину под руку. – Кстати, к нашему разговору о мести.

Ирина кивнула.

– Так вот, поверьте, в мести тоже есть упоение. И именно поэтому граф Монте-Кристо все-таки счастливый человек!

Они перешли на другую сторону Чистопрудного бульвара и свернули в Архангельский переулок, украшенный высоченной башней храма Архангела Гавриила, построенного еще Александром Меншиковым и где, по слухам, в былые времена собирались члены таинственной масонской ложи.