Софья, Вера, Надежда и, разумеется… Любовь!

Ну, то есть на полное отсутствие мужского внимания я пожаловаться не могла. Но личность по имени Гена в судьбе моей была категорией непостоянной. Так, максимум одна-две ночки в неделю. Хотя маме «Генуся» нравился очень. И её не слишком заботило, что «зятёк» уже который год не спешил обосноваться ни на нашей территории, ни меня к себе позвать на постоянное, так сказать, совместное проживание. Баба Тоня подозрительно звала Гену за глаза исключительно «Зелёный» и периодически ехидно подкалывала. Впрочем, Генка не отставал.

– Баб Тонь, обновку, что ли, прикупила? Вроде не видел, чтоб эту красотень раньше надевала.

– Не, Ген, это гробовое.

– Чего? – вытянулось лицо у моего «ненаглядного».

– Того! Гробовое это, говорю. Приготовила себе, в чём меня в гроб положить, чего непонятного?

По ехидному прищуру я понимаю, что сейчас Генка выдаст бабе Тоне нечто невообразимое, но вмешаться не успеваю:

– Зря ты это, бабань.

– Какое ещё отдельное? – насторожилась наша старушка.

– Ну чтоб верх и низ по отдельности. А то ведь кого в такое обрядят, тот там, – Генка многозначительно ткнул пальцем в потолок, – до второго пришествия разрезанный пополам ходить будет. Юбка с ногами отдельно, а блузка с головой – сама по себе.

Судорожно перекрестившись, баба Тоня плюнула себе под ноги.

– От ведь тебя, лешак окаянный!

Довольный собой, Генка гордо проследовал на кухню доедать мамины голубцы.

Но история не закончилась на этом. С первой же пенсии баба Тоня самолично сходила в ближайший торговый центр. Увидев покупку, я поинтересовалась, к какому же такому событию обнова. Ответ заставил проглотить истерический смешок:

– Ну Генка же сказал, что в костюме нельзя… Я платье вот приготовила.

Он из другой комнаты проорал:

– А ничего не выйдет, баб Тонь! Я вспомнил, что читал, будто там ходят в том, в чём умерли!

Видеть надо было её растерянное лицо… В общем, чаще всего счёт по взаимным подколам был ничейный, два антагониста периодически вставляли друг другу шпильки, и никто не желал прекращать это несерьёзное «противостояние интеллектов».

Вот и сейчас Генка и баба Тоня сидели в гостиной перед телевизором, обмениваясь авторитетными мнениям об увиденном в новостях, а мы с мамой доделывали ужин.