Вместо жизни…

– А где родители?

– Мама поехала в морг, а отчим в полиции, так как Артём написал в записке, что в смерти его виновен отчим, и написал кратко, почему. Но Артём кое-что просил тебе передать, как лучшему другу, – с этими словами Наташа достала из ящика стола тетрадь в твердой обложке, – это его дневник. Мой брат оставил одну записку для всеобщего обозрения, одну он мне положил к изголовью, пока я спала. В той, что он оставил мне, была просьба – отдать тебе вот это, – девушка протянула Андрею сиреневую тетрадку листов на 90, – мне пришлось спрятать тетрадь, чтоб полиция ее не забрала как вещдок.

Андрей повертел тетрадь в руках. Ему показалось, что она слишком тяжелая. Как будто ее содержимое, все написанные в ней слова, придавали ей большую тяжесть.

Они молчали, переваривая случившееся. Андрей никогда не умел утешать, и сейчас не знал, что сказать Наташе.

Они еще некоторое время поговорили, попили кофе, и Андрей поехал домой, забрав с собой сиреневую тетрадку в твердой обложке.

***

В морге было страшно. Светлана, мать Артёма, в этом месте была только когда умерла ее собственная мать, но это было очень давно.

А сейчас она стояла в коридоре и наблюдала за происходящим. Морг не был таким, как показывают в кино. В коридоре сновали санитары и персонал, а везде стояли каталки.

Светлана обратила внимание, что люди, которые на них лежали, были привезены недавно. Особенно привлекла ее внимание пожилая худенькая женщина, которая лежала на каталке, с согнутой ногой и приподнятой рукой.

В воздухе витал странный запах каких-то веществ, медикаментов, и, если Светлане не показалось, мертвых тел.

Стены коридора были окрашены наполовину в неприятный зеленый, наполовину в белый цвет, как в парадном.

Место наводило жуть. Но, самое страшное событие ее ждало впереди. Судмедэксперт вышел к ней, и пригласил в отдельное помещение.

Там, под десятком ламп, стояли столы, на которых были прикрыты простынями тела.

В конце помещения находился стол, на котором, накрытый с головой простынею, лежал ее сын.

– Вы узнаете этого человека? – Спросил судебно-медицинский эксперт, откидывая чуть в сторону простынь.

Светлана сделала над собой усилие и взглянула на человека, который предстал ее взору. Сомнений не было никаких – это был Артём.

Парень был бледен, как стена. Его губы были сине-сиреневого цвета, веки сомкнуты.