Портрет Post Mortem

– Ты так серьезен, Доран, что ты меня пугаешь своей серьезностью, откровенно говоря.

– Перестань, – он добродушно улыбнулся, – все творческие люди эмоциональны! Тем более, кто как не ты знает, насколько я добродушен!

Они поговорили еще немного, но Эрнеста ждали дела, потому он быстро попрощался с братом, оделся и вышел в прихожую.

– Доран!… Я чуть не покалечился, нельзя же так разбрасывать обувь!… Женскую… Ты не сказал, что не один!

– Ну, должны же у меня быть хоть какие-то тайны. – Сказал Доран, стоя в дверном проеме прихожей.

Он широко и коротко улыбнулся брату.

– Ну, конечно же, должны. Надеюсь, в скором времени ты нас познакомишь. – Он подмигнул Дорану.

– Всенепременнейше, мой дорогой братец! – Сказал он, открывая Эрнесту дверь в парадное. Затем они с братом обменялись дружескими рукопожатиями, Доран закрыл на три замка и засов входную дверь. Потом его взгляд упал на милые черные ботиночки на каблуке с пряжками. Он наклонился, поднял их, затем отнес к себе в комнату и бросил на дно большого старинного резного сундука.

После чего прошел к своему письменному столу и снова принялся за скучную, рутинную, далекую от высокого искусства работу в мире цифр и подсчетов.

Глава вторая

Он медленно шагал по вечерней улице, домой идти не хотелось. Понедельник как всегда стал самым мерзким днем его жизни. Мать обозвала его ни на что не способным неудачником, а лучший друг сказал, что не его это дело – рисовать картины. Да что он знает о его искусстве!!! Что он вообще в нем смыслит? Искусство смерти – ах, как она прекрасна и величественна! Об этом знал только Доран, и больше никто.

Да, он любил ее, а она его остерегалась и боялась, вот за это, пожалуй, он ее боготворил, да, она была его религией, она была его музой!

Доран родился, когда его мать была на шестом месяце беременности, но смерть не забрала его. Во втором классе он подхватил воспаление легких, когда они с родителями ездили в Ирландию, но и тогда она страшилась прямой встречи с ним, она лишь удостоила его своим приветственным кивком, не более того.

Когда ему было 19, он упал с коня в поместье своего дяди, и чуть было не сломал шею, так было бы, не будь он Доран. Но он отделался лишь синяками и ушибами. А потом он понял – смерть хочет его видеть, она жаждет его помощи, и он ее непременно окажет, окажет непременно! Да, эта мысль зажглась в мозгу Дорана как красная сигнальная лампа, и он начал свой творческий путь, ступил на стезю великого и жуткого искусства.