Сказка о настоящей любви

– Девица! Ты моя суженая! Стрелу поймала, шкуру лягушачью сбросила и в саму себя превратилась!

И вот уже после первого поцелуя красавица распахнула очи ясные и бодренько поинтересовалась:

– Правда царевич?!

– Правда, царевич! – заулыбался парень и поспешно уточнил:

– Правда, я всего лишь третий сын царя Берендея…

– Это ничего, – кротким голосом успокоила его Аленушка.

Парень подхватил еще очень-преочень слабую от потрясения девушку на руки, а та положила голову ему на плечо.

– Красна девица! Выходи за меня замуж!

Смекалистая нянька незаметно отряхнула стрелу от жабьих ошметков, и, припрятав на всякий случай для подтверждения, – попал мол, в боярышню, аккурат в белы рученьки; не мешкая, припустила вслед удаляющемуся царевичу с ненаглядной суженой на руках.

…………………………………

– А я не хочу, не хочу по расчету… – дурным голосом выла Кикимора, прикладывая к волосам, больше похожим на рыжую паклю, импровизированную фату из старой тюлевой занавески.

– Совсем ополоумела, старая вешалка, – ворчал водяной, искоса наблюдая за ее манипуляциями, не вылезая из темной жижи, некогда бывшей чистой проточной речкой до переселения сюда сказочной нечисти.

– А что? Мне всего двести лет, я уже вполне созрела для замужества – объявила новоиспеченная невеста, сверкая угольными глазами из-под кустистых бровей.

Водяной в сердцах сплюнул.

– Да кто на тебя глянет, нечисть ты болотная, коряга старая…

– Да я тебе сейчас рога оленьи приделаю, сам ты старый пузырь! Ты как с жЭнчиной разговариваешь?

Началась перепалка, в ходе которой Кикимора поставила Водяному радужный фингал под опухшим от неимоверного количества выпиваемых горячительных напитков, глазом, а тот, в свою очередь, выдрал у нее приличный клок волос – ничего не поделаешь, это вам не интеллигентный Кот Ученый, нечисть обычно не церемонится.

Тут ближний пенек на который нечаянно наступила Кикимора, спасаясь от водяного, взвыл истошным голосом и удивительным образом трансформировался в плешивенького старичка с хитрыми глазами и носом-шишкой.

– Всю ногу мне оттоптала своим сорок восьмым размером! – запричитал он, прыгая на одной ноге, обутой в гнилой лапоть.

– А не будешь подглядывать и подслушивать, – ощерилась та.

Тут из-за леса показалась черная точка, которая быстро-быстро приближалась и на поверку оказалась не кем иным, как Бабой-Ягой.