Стеклянный шар

– Странная кличка.

– Марсель дал, – хмыкнул Иван Ефремович, напоминая шелестом сизаля, что не помешало бы всё-таки принять букет.

– Спасибо, – очнулась Лида. – Вы проходите, – она показала рукой на дверь кабинета. – Чаю хотите? – продолжила, соображая на ходу, что вряд ли представители списка Форбс пьют дешёвый чай из пакетиков.

– Нет, спасибо, – подтвердил мысли Лиды гость. – Скажите, Лидия… Константиновна, – неловкая пауза повисла в кабинете, стало слышно тиканье настенных часов, шуршание системного блока компьютера, капли усиливающегося дождя по окну.

– Куда? – Лида отступила на пару шагов.

– Ресторан, театр? Завтра, например?

– Нет! – выпалила Лида, с облегчением поняв, завтра она никак не может.

Театр абсурда какой-то! Ресторан с Фроловым? Продать почку, чтобы купить подходящее случаю платье?

– Извините, – осёкся Иван Ефремович, свинцовый взгляд впился в Лиду, припечатывая к месту. Он словно не верил тому, что слышит. Лида и сама не верила в происходящее.

– Мне на дачу надо, – почему-то оправдываясь, пролепетала Лида.

– Оу, – выдохнул Иван Ефремович. – Далеко дача?

– В сторону Осиновки.

– Тогда в следующий раз?

– Да-да, конечно, – почему-то согласилась Лида.

Впрочем, понятно почему. Иван Ефремович говорил тоном, не терпящим возражений, словно она была его подчинённой. Интересно, ему когда-нибудь отказывали? Партнёры по бизнесу, банки, женщины? Свинцовый взгляд сквозь едва прищуренные веки, заставляющий замирать, невольно ждать указаний.

Они так и стояли, друг напротив друга, на расстоянии меньше вытянутой руки. Лида, опустив руки, держа одной тяжёлый букет, и Иван… Ефремович, возвышаясь больше чем на голову, сканируя взглядом всё, чем стала Лидия Константиновна за тридцать пять лет жизни.

Невысокая, худая для своего возраста, светловолосая, с немного кукольным, бесцветным лицом. Ничего яркого, заметного, обращающего внимание, того, за что по обыкновению цепляется мужской взгляд. Лида была натуральной блондинкой, поэкспериментировав в молодости с цветом волос и причёской, сейчас она прокрашивала пряди на тон светлее, оставляя длину по плечи, понимая, что выглядит старомодно.