Мультяшка

– Она подойдёт, – спокойно произнесла Целестина и отпила морс. – Ей потребовалось чуть больше времени, чем обычно, чтобы привести себя в порядок.

– Девочка! – Сильвестр кривовато и снисходительно улыбнулся, демонстрируя ряд ровных вставных зубов.

Вдруг глаза Целестины расширились, она вытянулась по струнке, добавив к колу в позвоночнике, с которым она ходила и сидела, железный прут, чем привлекла внимание Максима. Он обернулся на дверь.

Его новоявленная невеста «привела себя в порядок» весьма экстравагантным способом.

Такой наряд подошёл бы для пикантной вечеринки для двоих, будь хотя бы один из них любителем подобного фетиша. Максим не был. Или для карнавального костюма какой-нибудь конфеты, розового зефира, нимфетки, если карнавал для взрослых.

Мира была в чём-то гипюровом, воздушном и сочно-розовом, с пышной, короткой юбкой, в коротких чулках, едва прикрывающих коленки, с рядами стразов, и в туфлях на высоком каблуке, которые смотрелись нарочито нелепо со всем нарядом, как мамины туфли на трёхлетней девочке.

Дополняли образ яркие губы и умело подкрашенные глаза.

Мира обошла стол под молчаливыми взглядами присутствующих, прокрутилась вокруг своей оси перед дедом и села рядом с ним, напротив Максима, выразительно хлопая глазами с накладными ресницами.

– Что ты хотела сказать своим внешним видом, дорогая? – прошелестела Целестина.

– Я хочу понравиться своему жениху, – пропела Мирослава и посмотрела в упор на Максима, облизнула вызывающе губы и скромно сложила руки на коленях.

– Не стоило затруднений, – ответил Максим. – Признаю, я польщён.

– Разве я не прелесть? – Мира почти легла на приборы, из низкого выреза показалась грудь, мелькнула светлая ареола.

– Несомненно, – подтвердил Максим, изучив, как следует, очертания рук – на сгибе локтя было скопление мелких родинок, – ключицы, тонкую шею, маленькие ушки, содержимое выреза… особенно содержимое выреза.

Грудь была небольшой, но упругой, аппетитной, округлой формы и даже манящей.

Бонус во всей этой ситуации – внешняя привлекательность будущей супруги.

На какой-то момент он забылся, организм ожидаемо среагировал на провокацию, из морока Макса выдернул кашель Целестины и невозмутимый взгляд Мирославы. Она, кажется, наслаждалась эффектом.

– Для чего этот маскарад? – наконец подал голос Сильвестр, смотря таким же невозмутимым взглядом на внучку.

Они не так уж непохожи, как кажется на первый взгляд. Дед и внучка.