Домик №10

 – Я Света, можно я поглажу твою собачку, только ты надень на неё намордник и скажи своё отчество!

– Можно? – для чего-то спросила Роза Матвея.

Иногда они с Моней встречали отдыхающих, порой даже детей, и те просили погладить мохнатого зверя. Роза брала Моню на короткий поводок и, придерживая морду пса, разрешала гладить. Но только детям, чужих взрослых Моня терпел с трудом, и Роза, как и Виктор, уважали личное пространство питомца, да и не дело это, разрешать каждому встречному обниматься с кавказцем.

В душе он может считать себя хоть хомяком, хоть котом, но опасным зверем Моня быть не переставал.

– Это ваша собака, – улыбнулся Матвей. – Надеюсь, он не опасен? То, что обучен, вижу.

– Моня обучен и не опасен. – Роза окинула взглядом Розенберга М. Ещё не хватало к её Моне придираться! Для чего-то она добавила: – И, кстати, проведена ежегодная вакцинация, глисты и блохи прогнаны!

С этого богатыря станется потребовать ветеринарный паспорт или ещё санитарную справку на Моню.

– Я рад. – Матвей кивнул.

– Так что? – Девочке явно надоело смотреть на диалог взрослых и слушать их бессмысленные обсуждения, когда рядом лежит собака и ждёт, когда же её погладит Светик!

– Ко мне! – Роза посмотрела на пса. Тот покосился на покрышку. – Оставь.

Моня оставил и пошёл к хозяйке, едва повиливая хвостом. Подойдя, уткнулся холодным носом в бедро. Роза взяла под ошейник и подозвала Светика. Девочка подошла на цыпочках, от восторга слегка попискивая, звук был странным, Моня косился, но покорно стоял и позволял себя гладить.

Матвей в это время стоял рядом, его Моня демонстративно игнорировал, а Даниил пятился спиной от компании с собакой.

– Даня у нас боится собак, – нараспев проговорила Светик.

– Я не боюсь! – возмутился мальчик, насупившись.

– Боишься! Или подойди и погладь!

– Не хочу, надо больно!

– Надо!

– Не надо!

– Трусишка зайка серенький!

– Светик. – Матвей сел на корточки рядом со Светиком, но даже так он был выше ребёнка.

 – Даниил может бояться собак, мы не осуждаем особенности друг друга, а любим и всегда поддерживаем.

– А ты вообще ночью плачешь и писаешься! – раздалось в ответ от Даниила. Звонко, на весь лес, казалось, даже ущелье с рекой подхватило: «исаешься, исаешься, шься, шься».

– Даниил. – Матвей повернулся к мальчику. – Мы не осуждаем особенность друг друга, а любим и всегда поддерживаем.

Мать-наседка, а не мужчина.