Иновидцы

И чего-нибудь к чаю. Я потом всё объясню.

– Ладно, потом объяснишь! – она засмеялась. Любому, включая марсианина и гиену, если они приведены Пашей, был гарантирован королевский приём.

– Ребятки, вы нас простите, а? – Паша мимикой усиленно изображал виноватость и раскаяние. – Так что бейте, грешен.

– Насчет бить, я подумаю, – Славик улыбнулся, – но пока отложу. Вдруг отмолишь?

– Делаю первую попытку. Пожалуйте пить чай. – У грамотных хозяев это только называется чаем. Вера ведь знала, что Павел голоден, после работы ведь, а поэтому подала полноценный ужин.

Но и чай, как таковой, тоже был наготове.

– Паш, у меня есть хорошее вино. Дать?

Славик:

– Вряд ли. Маш, ты как?

– Мне нельзя.

– Однозначно – против.

– Вер, если тебе хочется, я с тобой выпью, – Паша готов был пить не только вино, но и что угодно, если того же хочется и Вере.

– Ты же знаешь, что я могу копать, могу не копать. Мне – всё равно. Не та погода, чтоб пить.

– Тогда навались.

Ели, несмотря на жару, так, что за ушами трещало. Вера готовила прилично. Даже Маша как-то призабыла, что она всех этих людей видит впервые в жизни. Давно ей не было так спокойно на душе. Славик уже сумел найти дорогу к сердцу женщины, то есть – матери. А это – главное. Ей он понравился тоже: свой брат, из битых. Битых так же, за то же. Она украдкой поглядывала, как он ест. Умной женщине достаточно один взгляд на это бросить, чтобы узнать о мужчине как минимум половину биографии.

А вторую рассказывает смех: послушайте и посмотрите, как человек смеётся и можете смело выбрасывать тщательно заполненную анкету: там всё равно всей правды нет. Славик был не из благоустроенных. А если точнее – из полностью одиноких.

Получалось, что Паша действительно сказал Маше правду. Пропадать Славик, конечно, не пропадал, но жизнь к нему обернулась явно не самой приветливой стороной. Удача его, похоже, не баловала. Да и вряд ли кто-нибудь вообще его баловал, судя даже по короткому представлению Паши.

Да и, стараясь делать это незаметно, Маша разглядывала нечаянно обретённого кандидата в мужья. И многое в нём ей нравилось. Особенно хороши у Славика были руки: таким рукам женщина доверяется без сомнений.

Заплакал в соседней комнате ребёнок. Вскочили и Маша, и Славик. И оба побежали. Словно оба были родителями. Или, по крайней мере, супругами.

Паша счёл, что сейчас самое время поговорить с Верой.