Баба Мотя идёт по следу – 2. Сборник детективов

Крысы? Вполне возможно в таком помещении без окон, без дверей. По крайней мере, она не видела ни того, ни другого.

– Кто здесь? – громко спросила Виктория.

В ответ раздался стон.

– Вы тоже пленник?

В ответ из-за края стены, спиной к которой сидела Виктория, высунулись две детские ноги. Размер обуви был слишком маленький, чтобы мог принадлежать взрослому человеку.

– Кто там?

Ноги медленно выдвигались и вскоре показалась девочка, скованная так же, как и Громова. Но её почему-то к полу не приковали и она могла передвигаться в положении сидя.

Громова ужаснулась: ребёнок при чём!

– Я не могу к тебе придвинуться, мои цепи прибиты к полу. Ты можешь приблизиться? Я бы хоть скотч сняла со рта.

Девочка, медленно сгибая ноги и подтягивая туловище, сантиметров по десять за раз, доползла до Громовой.

– Потерпи, сейчас будет больно. Но коротко – я рывком оторву. Если медленно будет так же больно, но долго.

Девочка кивнула – потерплю.

Громова подцепила ногтем скотч, зажала край в пальцах и рванула, стараясь, чтобы причинить как можно меньше боли.

Девочка всхлипнула, но слёз не было.

– Меня зовут Виктория, а тебя как?

– Катя Михайлова.

– Как ты здесь оказалась?

– Я ехала на автобусе из школы. А как вошла, оказалась возле слепого дяди. Он попросил на следующей остановке помочь ему спуститься, потому что здесь всегда очень много пассажиров заходят и он несколько раз проезжал. И я помогла.

– Адрес помнишь?

– Конечно. Но как только мы вошли в арку, он вдруг что-то к моему лицу прижал и потом я очнулась здесь.

– А лицо его помнишь?

– Наверное. Хотя, может, и нет.

– То есть раньше ты его никогда не видела?

Девочка помотала головой – никогда.

– Ни разу его в этом автобусе не встречала?

Она опять подтвердила – никогда.

– А кто твои родители?

Она сначала назвала их имена – Виталий Антонович и Марина Николаевна, потом рассказала, где работают.

– Но я об их работе почти ничего не знаю.

Громова задумалась – странно, что они обе оказались тут, хотя ничего общего между ними нет. Имена родителей Кати ничего Громовой не сказали, они таких людей не помнила.

Теперь она понимала, что та злополучная записка была ловушкой – возможно, писал её совсем не Костя Сизов, когда-то в неё влюблённый. Но тот, кто писал, отлично знал этот факт её биографии в деталях.