Ветер под моими крыльями

Маленькая студия в ста двадцати милях от Нью-Йорка, где работал Кейз, казалось, не простаивает ни минуты. – Стэнли обещает закончить через пятнадцать минут. Я хочу, чтобы ты посмотрела. Если что-то не так, скажи мне, ладно?

– Хорошо, Макс. Хорошо.

Валери еле удержалась от попытки потереть лицо, чтобы проснуться – вспомнила о макияже, – и прошла вслед за Эвершедом к съемочной площадке, залитой жарким светом софитов. Несмотря на работавшие вентиляторы, в павильоне было душно. Снимали уже четырнадцать часов, а ведь еще обратно ехать.

Валери рассчитывала, что все закончится раньше. Они с Максом приехали сюда на одной из его машин – иногда Эвершед любил сам сесть за руль, но обратно рулить, как пить дать, придется ассистентке. Макс заснет сразу же, как сядет в машину.

Кивнув знакомому помощнику режиссера, Валери аккуратно устроилась в сторонке, чтобы никому не мешать, и попыталась сосредоточиться. Макс помотал головой, подвигал плечами, разминая мышцы, и гример прошлась широкой мягкой кисточкой по его лицу.

– Готовы?

– Да, – спокойно ответил Макс, нашел глазами Валери и подмигнул: дескать, следи, чтобы все было в порядке. Она была его индикатором, зашкаливавшим, если он что-то делал не так.

– Приготовились! Тишина на площадке! Мотор! Начали!

Сумрачная комната, шатающийся стол, стул, на котором сидит человек, которого играет Макс. У окна стоит подросток – его старший сын. Долгое молчание.

– Сонни спрашивал: а правда, что египетские пирамиды построили инопланетяне?

– Правда, – говорит Макс и аккуратно соединяет крохотные проводки.

Он служил в армии, был сапером. Он знает, как изготовить взрывчатку. Он сейчас ее доделает и выйдет на площадь, требуя справедливости. – Все правда, во что ты поверишь.

Они говорят не о пирамидах, и оба это знают.

– Почему ты уходишь?

– Потому что я хочу, чтобы с вами все было хорошо.

– Ты нас бросаешь.

– Нет, Джейми, я вас люблю. Я вас никогда не брошу.

– Ты говорил по телефону, что умрешь. Я слышал.

Макс резко поднимает голову.

– Я никогда тебе не врал. Посмотри на меня и скажи, что ты не хочешь, чтобы я умер.

Бомба уже готова.

– Я всегда тебя ненавидел, – буднично говорит Джейми, – но сейчас не хочу.

Макс протягивает ему бомбу.

– Если ты меня ненавидишь, так, как раньше, дерни за красный провод и пойдем со мной, черт тебя дери.

– Ты псих, – говорит Джейми, отступая в угол. – Ты псих, папа.

Макс аккуратно кладет бомбу на стол и тихо говорит ей:

– Да, я псих.