Ветер под моими крыльями

Как Макс может ее любить? Ну как?

Мобильный телефон зазвонил, когда «мерседес» уже сворачивал к телецентру. Макс бросил взгляд на экранчик телефона и шепотом выругался. Сидевшая рядом Валери выгнула бровь.

– Это Кристиан, – хмуро объяснил Макс. – Придется ответить.

– Хочешь, я сделаю это за тебя?

– А ты можешь? – Максу всегда было несколько неловко просить Валери помогать в таких личных вещах, к тому же, это выставляло его слабаком перед ней. Но Валери видела его всяким – слабым, сильным, пьяным в стельку и балансирующим на вершине под названием успех, так что стесняться давно пора бросить.

– Давай. – Ассистентка забрала у него трубку и нажала на кнопочку. – Валери Мэдисон слушает. Нет, мистер Эвершед сейчас не может с вами поговорить.

Она слушала, кивала, отвечала на какие-то вопросы, а Макс смотрел на ее профиль и думал: Господи, спасибо тебе, что она у меня есть.

Спасибо, что есть ее гладкие волосы, подстриженные несколько старомодно – под каре, что придавало Валери сходство с актрисами пятидесятых.

Спасибо, что есть ее голос, всегда такой спокойный, как океан под жарким тропическим солнцем. Спасибо, что есть трогательные сережки-капельки, взбрызгивающие колючими искорками, и тонкие пальцы с безупречным маникюром, и удивительно изящные запястья, и вся она – живая, настоящая. Его помощница. Его друг.

Валери закончила разговор, выключила телефон и протянула его Максу.

– Что он хотел?

– Сказал, что твоему отцу исполняется шестьдесят пять, и неплохо бы позвонить старикану и помириться.

 – Валери поразительно точно воспроизвела интонации Кристиана. – Что семейное сборище намечается в следующую среду, и если бы ты появился там, все бы тебя поняли.

– Святой Кристиан, – буркнул Макс, затолкал телефон в карман и отвернулся. – Он все не оставляет надежды нас помирить.

– А ты бы взял и помирился.

– А ты бы не…

– Макс, Макс, прошу тебя. Не надо говорить то, о чем позже пожалеешь.

Он посмотрел на нее: сидит прямо, смотрит прямо, и вообще вся такая прямая и правильная, что его затошнило.

– Ты в этом ничего не понимаешь.

– Если бы я в этом ничего не понимала, ты бы не дал мне с ним разговаривать.

– Ну конечно. Спасибо, что спасла меня. – Это прозвучало с изрядной долей сарказма.

– Будьте любезны, возьмите себя в руки, мистер Эвершед.

Макс дернулся.

– Терпеть не могу, когда ты меня так называешь.

– Тогда прекрати вести себя по-дурацки. Это всего лишь твой брат.