Игра без правил

 – Это лучшая шутка за последние пару месяцев. Спасибо, Тэсс, но в таких мелких подачках со стороны ваших работодателей я не нуждаюсь. Не стоит тратить деньги налогоплательщиков, посчитаем это моей маленькой любезностью. Что может быть естественнее, чем купить любовнице разноцветных тряпок?..

Когда она уходила, у нее была очень прямая спина. Слишком жесткая выправка. Армейская. Или – выправка человека, которому давно не делали массаж, у которого стянуло все мышцы спины и некому исправить ситуацию.

Интересно, делал ли Эррол Монтегю ей массаж? Наверняка.

Доминик выждал некоторое время, достаточное для того, чтобы агент ЦРУ убралась на почтительное расстояние, и, дотянувшись до колокольчика, позвонил. На сей раз явилась не горничная, а дворецкий – он у Доминика тоже имелся, в лучших традициях. Уроженец Брайтона. Насквозь английский.

– Я могу звать Эмили, чтобы убрать со стола, сэр?

– Попозже. – Доминик извлек пачку сигарет из кармана брюк, дворецкий немедленно поднес зажигалку. – Собирай чемодан, Артур.

– Снова ваши игры на пользу отечества, сэр? – По виду Артура невозможно было заподозрить, что он шутит. Старый добрый английский юмор, который в большинстве случаев и не юмор вовсе.

– Именно.

– Какие-нибудь особые указания будут?

– Нет, все как обычно. На сей раз меня обещают быстро отпустить.

– Надеюсь, все пойдет по плану, сэр.

– Ты же знаешь, Артур, операции никогда не идут по плану.

Он глубоко затянулся и откинулся на стуле, прикрыв глаза.

Тэсс Марлоу, о которой он кое-что знал уже до того, как она возникла в его гостиной вместе с тремя угрюмыми мужиками на поводке, – ни дать ни взять, строгая госпожа и ее доберманы, – понравилась Ригдейлу. Она была в его вкусе: ладная, подтянутая, очень пластичная – когда двигается, на нее приятно смотреть. И лицо – красивое, как раз такие лица Доминика привлекали. Полные губы, наводившие на мысль об африканских предках, прямой нос, большие темно-зеленые глаза с пушистыми ресницами, безалаберная челка и чуть вьющиеся волосы до плеч.

Будь Тэсс Марлоу просто незнакомкой, встретившейся у него на пути, Доминик, возможно, и сыграл бы с ней в короткую любовь. Или в то, что он называл любовью.