Проект «ПАРАДИЗ»

Возник реальный соблазн получить, заиметь, накопить или забрать недоговорным способом некое количество эквивалента чужого труда, то есть денег, и жить, не вкладывая трудов на благо общества, а на остальных не обращать внимания – пускай трудится тот, кто хочет, или не умел додуматься до такого извращения.

Так деньги, золото и прочие иные эквиваленты из ценностей условных и обменных стали вещественно реальными и, сверх того, более ценными, чем конкретно затраченный труд. Поэтому я упомянула вначале кумир священный – люди в массах стали стремиться прежде всего к получению денег, минуя иные смыслы существования.

Возникло некогда такое выражение: было бы здоровье, а всё остальное купим, то есть заплатим деньги – и всё будет наше. Вот такая возникла схема, не буду никого утомлять подробностями, как она работает и какие блага или беды приносит населению нашего мира. Как у любой монеты, у нашей схемы есть две стороны – позитивная и негативная, главная и дополнительная.

Когда наше сообщество сапиенсов додумается получать блага жизни из воздуха и света, как делается у вас, то наша сложная система развалится и отомрет, останется фактом истории.

Однако же, я собрала вас, дамы и господа, а также прочие не подходящие под указанные категории, не за тем, чтобы утомлять скучными предметами и нудными рассуждениями. В нашей несовершенной схеме бытия имеются свои прелести, хотя тоже несовершенные, они называются судьба, случай, приключения духа и щекотание нервов.

И вот одна из них перед вами, прошу любить и жаловать…»

Немного утомленная длинной тирадой, лекторша Синяя вздохнула с облегчением, когда, повинуясь импульсу и плавному жесту, каменная чаша посреди чайного домика раскрылась, развернулась и почти грациозно преобразовалась в рулетку с красным и черным и номерами, практически такую же, как показывают по телевизору в дешёвых фильмах о сладкой жизни в Лас-Вегасе или в передаче «Что? Где? Когда?».

Собравшееся общество, излучая общий вежливый интерес, осматривало явившееся приспособление без понятия, что бы это могло значить. Их изощренные умы не постигали простых приманок и людских страстей. Ни алчность, ни грубый азарт риска им были неведомы и даже непредставимы. Или же наоборот, приманки казались мифическими и тем более интересными.

– Это и есть та самая игра на деньги, – терпеливо разъяснила хозяйка импровизированного притона.