Расплата по чужим счетам

А девятого вечером мы с Чижиком уехали на рыбалку. И вернулись только двенадцатого около десяти вечера.

– Кто может это подтвердить?

– Чижик, конечно.

– Он что, умеет разговаривать?

– Что вы имеете в виду? – недоуменно спросил Станислав.

– Ну, ваш чижик, он что, разговаривает?

– Он болтает, – рассмеялся Станислав, – не закрывая рта. Чижик – это Анатолий Чижов, мой приятель.

– Его адрес, телефон.

– Да, пожалуйста. – Станислав продиктовал следователю то, что он требовал.

– А кроме Чижика, может это кто-то еще подтвердить?

– Моя соседка Мария Никифоровна.

– Еще есть кто-то?

– Если вы съездите в деревню Калачевскую, то подтвердят родичи Чижика.

– У Чижова родственники живут в деревне?

– Да, родители и два брата. Мы у них околачивались все время, что не удили.

– Давайте адрес деревни и родственников, – вздохнул следователь.

– Вы серьезно туда ехать хотите? – усмехнулся Буряков.

– Придется…

– Давайте я вам лучше сотовый отца Чижика дам.

– Давайте.

Записав номер сотового Чижова-старшего, Наполеонов спросил:

– Когда вы в последний раз видели Александра Косицына?

– В последний день своей работы на прежнем месте, – вздохнув, ответил Буряков.

– А Татьяну Пономареву?

– За день до подачи заявления об увольнении, – помрачнел Буряков.

– Она дала вам от ворот поворот?

– Да, Танька сказала, что теперь будет встречаться с Сашкой, что у них любовь с первого взгляда.

– А вы?

– Что – я?

– Вы, наверное, ее любили?

– Почему любил, я ее и сейчас люблю.

Наполеонов с любопытством посмотрел на Станислава.

– Почему же вы отступили без боя?

– Что вы имеете в виду? – удивился Буряков.

– Вы могли бы сражаться за свою девушку.

– Драться, что ли? – усмехнулся Буряков и добавил печально: – Сердцу не прикажешь. А кулаками ничего не докажешь.

– Возможно, вы и правы, – согласился Наполеонов и спросил: – И вы никогда больше не пытались увидеть Татьяну?

– Нет, – он помотал головой, – зачем душу себе травить.

– Что ж, пока у меня к вам вопросов больше нет, но, если появятся, не обессудьте, потревожу.

– Чего уж там, – вздохнул Буряков, – не маленький, понимаю.

В это время в дверь позвонили.

– Вот и ваш телевизионный мастер, – сказал Наполеонов, направляясь к двери.

– Надеюсь, – пробурчал Станислав, топая следом за ним.