Гобелен с пастушкой Катей. Книга 3. Критский бык

 – Я в таком виде… Ах, как неловко получилось!

– Владлена, познакомься, это Андрей Никифоров, совладелец и соглава издательского концерна "ВРАН", зашел на минутку увидеться с тобой, – я представила гостя по всей форме.

– Я очень рад, – уверенно заявил Андрей Иванович, пожирая Владлену глазами, даже чуть подался ей навстречу.

– Нет, Андрей Иванович, я не могу позволить, – шёлково прошелестела Владлена. – Если вы меня великодушно простите за беспорядок, то пойдемте со мной. Нельзя оставить вас в гостиной с Татьяной, она не всегда любезна, а мне нужно одну минуточку.

Буквально через секунду Андрей Иванович обнаружил себя у Владки в спальне, где был усажен на пуфик и, не мигая, смотрел, как Владлена подсела к трельяжу, сдернула с головы алый фуляр, после чего длинные с медным отливом волосы гладко пролились на плечи.

Даже я, знавшая Владкины штучки наизусть, и то поддалась чарам, а что говорить о молоденьком Андрее Ивановиче! Надо заметить, что спальня у Владлены была предметом искусства, даже большего, чем всё остальное.

Карельская береза с темными глазками, белое атласное покрывало, старинная ширма в углу и тройной эркер, задернутый плотными скользкими шторами – всё вкупе создавало почти осязаемую атмосферу. Любой входящий чувствовал себя мухой, угодившей в мёд. Андрюшу Ивановича, хоть бы он трижды был владельцем хищного «ВРАНа» требовалось срочно вызволять, и я рискнула.

– Андрей Иванович хотел узнать, что ты думаешь о папином литературном наследстве, в каком оно состоянии, и что бы ты хотела предпринять, – я смело высказалась, пристроившись на лакированный борт старинной кровати.

– Да, хотелось бы посмотреть, – эхом отозвался Андрей.

– Мне, разумеется, приятно, что папины книги еще помнят. Я не специалист и пристрастна, но от многих слышала, что последнее и неопубликованое было интересно, хотя не мне судить, – ответила Владлена, потом спохватилась. – Нет, это совершенно не годится, так гостей не принимают, я сейчас, одну секунду.

Извините, Бога ради!

Владлена подхватила что-то яркое с кресла, исчезла за ширмой, затем оттуда раздались шелест и шорохи, в сопровождении Владкиного голоса.

– Если Андрей Иванович посмотрит на моё собрание, то что-то я могу дать ему с собой, там есть редкое. Но, само собой разумеется, что рукописи и все неопубликованное – особая статья. Это если мы серьёзно сговоримся. Права у меня на пятнадцать лет, не знаю, что это может дать, никогда об этом не думала.