Гобелен с пастушкой Катей. Книга 8. Потерянная заря

 – Не хотел тебе говорить, но ты отъехала, а я полюбопытствовал и постарался забыть навсегда. О том, что из поступивших в стационар девиц одна скончалась безымянной, а вторая сбежала из больницы. Теперь сообщаю. Через полгода после коллизий по больницам наркоманка Александра Примоленная, которая вроде сбежала, оформила официальный развод с Семеном Примоленным, но оставила фамилию бывшего мужа. Затем вскорости вышла замуж за некоего Александра Коваленкова, выписалась с прежнего места жительства и поселилась в общежитии института нефти и газа имени Губкина, город Москва.

– Ап! – сказала я в аппарат и долго осваивала информацию. – Валя, ты настоящий друг, молчал почти десять лет, чтобы не расстраивать меня попусту, спасибо.

– Всегда рад способствовать, – ответил польщенный Валька. – Ну и как, сходится?

– Более чем! – радостно обозначила я. – Теперь ясно, кто владеет камнем, спасибо.

– С этого момента подробнее, – предложил Валька.

– Ничего подобного, ни в каком разе, – отказалась я. – У нас складывается занятный романчик. Но брилльянт почти не виден, давай я приеду и тогда…

– Извини, крошка, я не согласен, – отозвался Валька. – Самому стало интересно, завязывай крутить динаму, не то последуют санкции.

– Можешь не пугать, – спросила я в угаре мазохизма. – Здесь уже постарались…

– А я-то, лох, гадал, что имеешь в виду под «женевской улыбкой», – сознался Валька.

– Теперь имеешь представление, – сухо сказала я. – А насчет звука я тренировалась, если тебе интересны подробности. Разговариваю с закрытым ртом и улыбаюсь зловещим образом, но скоро увидишь, если будешь настаивать.

– Однако, заметь, крошка, ты всю дорогу имеешь это поповское дело при отягощающей медицине, – заметил Валька не в бровь, а в глаз. – То в самом интересном положении, то в лихорадке и бреду, а теперь – сквозь зубы.

– Ну, как тебе сказать, – поразмыслила я. – Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать, но ты ведь не захочешь?

– Это мы посмотрим, – посулил Валентин, и на этом беседа прервалась вместе со связью.

Часть вторая

В мутных стеклах иллюминатора

Проплывут золотые сады,

Солнце тропиков, пальмы экватора

Голубые полярные льды…

    (А. Вертинский 2.