Дар

А теперь её рядом нет!

– Пожалуйста, Дарина…, – прошептал этот чокнутый. – Я заплачу. Помоги.

Я отвернулась, чтобы опять не заплакать. На жалость давит, опять о горе вспомнил.

– Давай, ты сначала расскажешь, в чём дело? – попросила я, зажигая в нём лучик надежды. – Но это не значит, что я готова ехать на кладбище!

– Ты боишься, что ли? – удивился парень. – Экстрасенс, который кладбища боится?!

– Я не экстрасенс, – снова отвернулась я.

– Боишься, – усмехнулся он. – В объявлении написано, что ты…

– На заборе тоже много чего написано! – перебила я.

– Да плевать мне, кто ты. Ты точно что-то чувствуешь – это главное. Я заплачу, – парень достал из кармана пачку денег и положил их на столик.

– Мой приём стоит десять тысяч, – уточнила я, потому что тут было явно больше.

– Всё твоё, только помоги.

Я тяжело вздохнула, борясь с собой. Точнее, борясь с жадностью и желанием доказать маме, что я не безнадёжна. Пачка на столике внушительная, мама точно обрадуется… Но вот ехать на кладбище Москвы, где столько захоронений – самоубийство!

– Как тебя зовут?

– Денис.

Я вздохнула.

– Рассказывай, Денис, – сначала я выслушаю, а уж потом будем думать. Может, там без кладбища возможно обойтись, а я просто помогу советом? В конце концов, я столько книжек бабушкиных прочитала!

– Меня преследует душа! – выпалил он.

– Сочувствую, – да, мне это знакомо. Так себе ситуация у него. – Чья душа? Почему преследует?

– Она мне при жизни это обещала, – сглотнул Денис.

– Человек-слово, – восхитилась я, на самом деле жалея беднягу. Вот только никого рядом с ним я не ощущаю.

– Угу, – вздохнул он. – В общем, я виноват в её смерти, и теперь она не даёт мне покоя. Мстит…

– А конкретнее?

Блин, да нафига оно мне надо?

– Слушай, ты эмпат, или кто? – вдруг возмутился Денис. – Сама не чувствуешь, что ли?

– А тебе помощь нужна, или как? – отбила я. Умничает тут ещё!

– Так ты поможешь?

Я немного помолчала, прислушиваясь к его эмоциям и чувствам.

– Я не могу помочь, не зная ситуации. Мне же надо всё знать.

Да, надо знать, о чём бабушку спрашивать. Конечно, я решила ей звонить. Ведь если я скажу, что не обманываю людей, а пытаюсь им помогать, пользуясь своим даром, она же должна мне подсказать что-нибудь, верно?

– Ладно, – согласился Денис.