Убийство по любви

По-видимому, ранние пташки уже позавтракали и разлетелись по своим туристическим и иным делам, а те, кто любит спать подольше, еще не проснулись.

Дверь квартиры, принадлежавшей когда-то Зосе, им открыла худенькая светловолосая девушка, одетая, несмотря на жару, в черное трико и свободную светло-сиреневую блузку в крупную клеточку.

– Вы мне звонили вчера? – спросила она.

– Да, – подтвердила Мирослава.

А Морис добавил:

– Вообще-то вы должны были это спросить до того, как открыть нам дверь.

– Ладно, кому я нужна, – отмахнулась девушка, мимолетно улыбнувшись.

– Ваша подруга Зося, – начал Миндаугас, но Яна сразу прервала его.

– Зося – совсем другое дело, – сказала она, сразу погрустнев.

– Почему вы так считаете? – спросила Мирослава, усаживаясь на мягкий стул, предложенный Шатровой. Она уже успела окинуть комнату взглядом. Все здесь было не новым, но аккуратно отстиранным и отглаженным. И поэтому даже льняные чехлы, бывшие когда-то ярко-желтыми, сохраняли достоинство, став уже бледно-соломенными.

В старой югославской стенке стояла на видном месте посуда, произведенная в бывших Чехословакии и ГДР. Отдельно располагались чашки и фужеры советского производства. В другой секции рядами теснились книги. Было видно, что их не просто читали, но и перечитывали.

Заметив интерес Мирославы, Яна пояснила:

– Дедушка Зоси был кадровым офицером, они с бабушкой несколько лет жили в разных странах, потом он ушел в отставку, и распада страны его сердце не выдержало.

Мама Зоси, его дочь, вышла замуж не совсем удачно. Ее муж оказался пьющим человеком. Она сначала пыталась отучить мужа злоупотреблять, но после смерти своей матери запила вместе с ним. Зосю определили в интернат.

– Как же они не пропили все это? – спросила Мирослава.

– Не успели, – пояснила Яна, – отравились паленым алкоголем. И у Зоси осталась только двоюродная тетя.

– Она навещала Зосю в интернате?

– Да. А на каникулы брала к себе домой.

– И вы хорошо ее знаете?

– Татьяну Матвеевну? – слегка удивилась Шатрова и ответила: – Да, неплохо.

– Вы не знаете, почему Зося не стала жить с ней после интерната?

– Ну это же просто, – пожала плечами Яна, – Зося стала взрослой и хотела жить отдельно.

– То есть одна? – уточнила Мирослава.

– В некотором роде да, – не совсем уверенно подтвердила девушка.

– Почему же в таком случае Зося сдала вам комнату?

– Она ничего мне не сдавала! – возмутилась девушка.