Тень другой женщины

– Так вот и не скажу, – повторила она упрямо, – это не имеет никакого отношения к убийству.

– О том, что имеет отношение к убийству, а что не имеет, судить мне, – ледяным голосом проговорил следователь.

Она подняла на него свои удивительной чистоты серые глаза и по-детски заверила:

– Честно-честно, это никак не может быть связано с убийством.

– И всё же, – продолжал настаивать следователь.

– Мне неудобно говорить вам об этом, – смущённо призналась она.

«Небось какие-нибудь бабские дела, – подумал он недовольно, – типа критических дней или ещё чего похуже», – но отступать было некуда и он сказал:

– Если это не связано с убийством, то я сразу забуду о вашем секрете.

– Честно-честно? – было произнесено тем же наивным тоном.

– Честно-честно, – повторил он покорно.

– Я хотела спросить у Евы, какого цвета панталончики надеть на Милену.

– Чего надеть? – У Наполеонова глаза полезли на лоб.

– Я так и знала, что вы будете шокированы, – с покаянным видом вздохнула Алевтина Самойловна, – но вы же сами этого добивались, – укорила она его.

– Кто такая Милена? – решил добраться до сути Наполеонов.

– Моя новая кукла!

– Ах да, кукла, – хлопнул себя по лбу со всего размаха следователь.

– Ой, вам, наверное, больно? – Алевтина Самойловна вскочила со своего стула. – Давайте я вам подую.

– Да сидите уже, ради бога! – остановил её жестом следователь. – Лучше скажите мне, почему по поводу панталон вы советуетесь с Евой?

– А с кем же ещё? – вполне искренне удивилась Горшкова.

– А что, куклы тоже живут по законам моды? – обречённо спросил Наполеонов.

– А как же?! – удивилась и одновременно возмутилась Алевтина Самойловна.

«Дурдом, – подумал про себя Наполеонов, – надо скорее отгребать от темы кукол, а то я сам тут чокнусь».

– Значит, в тот день вы вызвали Еву для консультаций по поводу, м?м?м, кукольной одежды. И сколько длилась эта консультация?

– Совсем ничего!

– То есть?

– Ева велела надеть Милене розовые панталоны и больше ничего обсуждать не стала, сославшись на то, что у неё клиентка в водорослях.

– То есть вы беседовали не больше пятнадцати минут?

Алевтина Самойловна наморщила лоб и, подумав, сказала:

– Скорее меньше.

– И Монина поспешила в свой кабинет?

– Естественно, куда же ей ещё было спешить, – пожала плечами Горшкова.

– Хорошо, Алевтина Самойловна, вы можете идти. И пригласите сюда Павла Антоновича.

– Сию минуту.