Слишком верная жена

Следователь осуждающе покачал головой:

– Для таких закон не писан.

Максименкова, несмотря на ее красоту, произвела на следователя отталкивающее впечатление. Может быть, дело было в ее кажущемся высокомерии или в легком отношении к жизни, которое она продемонстрировала следователю?

– Не нравится она мне, – пробормотал себе под нос Наполеонов, – не нравится, и все тут!

Но антипатию к делу не пришьешь. Нужны прямые доказательства. Пока ясно одно – алиби у Максименковой нет. Никто ее в то время, когда произошло убийство, не видел, ни с кем она не общалась…

* * *

На следующий день Наполеонов явился на работу спозаранку, вечером ему удалось вручить окурки Незовибатько и уговорить его провести экспертизу к сегодняшнему дню.

Следователь сидел в своем кабинете и слушал тишину за окном. Звонить эксперту было рано, Афанасий Гаврилович небось еще только завтракает со своей разлюбезной Оксаной Федоровной.

«Эх, живут же люди, – мысленно вздохнул Наполеонов, – в любви и согласии столько лет.

Он невольно улыбнулся, вспомнив, сколько усилий прилагала его мама Софья Марковна Наполеонова, чтобы поскорее женить сына. А он, ссылаясь на свою молодость и занятость на работе, ловко спроваживал одну претендентку на свою руку и сердце за другой.

– Пойми, ма, – говорил он, стараясь быть убедительным, – нет у меня времени на семью!

– А на посиделки с Мирославой и компанией время у тебя есть, Шурочка?! – наступала Софья Марковна.

– Это совсем другое, – отмахивался Шура, – там у нас продолжение обсуждения рабочих моментов и коллективный поиск истины.

– Да-да, конечно, – усмехалась Наполеонова.

– Ну, ма, не будем ссориться, – ластился Шура.

– Конечно, не будем, – соглашалась Софья Марковна.

Подруги утешали ее:

– Софи, просто твой мальчик еще не влюбился. Вот встретит свою вторую половинку и потеряет голову.

– Когда же это случится? – вздыхала Наполеонова.

– Однажды, – заверяла самая мудрая из подруг и заговорщически подмигивала, намекая на то, что сама Софья Марковна вышла замуж вовсе не юной девочкой.

Да, и это было правдой. Известной пианистке было за тридцать, когда она познакомилась с молодым, но уже много добившимся ученым Романом Наполеоновым. Можно сказать, что Софья почти что буквально потеряла тогда голову, но виду не подала. К счастью, Роман ответил ей взаимностью, и они поженились. Ровно через год у них родился сын.