Смерть под золотым дождем

Я уже сказал Аните, что, если она попробует устроить ещё один скандал, я упрячу её за решётку.

– И она поверила тебе? – грустно усмехнулась Люция.

– Ещё бы! – подмигнул ей Трифонов. – Знаешь, кто у меня в дружках ходит?

– Понятия не имею, – честно призналась де- вушка.

– Тогда тебе лучше и дальше оставаться в неведении. Спать крепче будешь, – покровительственно засмеялся он и спросил: – Так мы идём в ресторан?

– Гордей, – жалобно проговорила она, – давай в следующий раз.

– Давай, – согласился он. Люция показалась ему такой испуганной и беззащитной, что у Гордея от жалости к ней сжалось сердце в груди.

– Мне нужно позвонить и отменить заказ, – сказал он, и она благодарно кивнула ему в ответ.

Они провели вдвоём тихий, уютный, почти семейный вечер.

– Я так благодарна тебе, – сказала она.

– За что?

– За всё это. – Она скромно потупила веки.

– Я тоже благодарен тебе, – сказал он.

– За что?

– За то, что ты поняла, что жить с Анитой невозможно.

Она ничего не ответила ему.

Глава 6

Вернувшись, домой, Трифонов жену не застал.

– Где она может шляться? – недовольно проворчал он.

Телефон Аниты был отключён. Пометавшись по пустому дому, Гордей лёг спать и проспал до полудня. Проснувшись, он нутром почуял, что жена дома. Привёл себя в порядок и отправился выяснять отношения. Анита сидела в столовой в полном одиночестве и пила кофе. Услышав шаги мужа, она даже головы не повернула.

– Нам нужно поговорить, – сказал Гордей.

– Тебе надо, ты и говори, – презрительно отозвалась она.

Тон жены не прибавил Гордею Тимофеевичу хорошего настроения.

– Всё, змея подколодная, – объявил ей Трифонов, – я подаю на развод.

И куда только подевалось всё напускное спокойствие супруги. Анита пришла в бешенство,

– Что? – взвизгнула она. – Тебе мало того, что ты изменяешь мне с всякими девками, так ты ещё и кинуть меня решил! Ничего у тебя не выйдет! Я не то, что твоя тихушница первая жена Маринка.

– Не ври! Я честно отдал жене её долю!

– Как же, отдал ты! Живоглотина! А Маринка твоя дура набитая!

– Закрой рот, – рявкнул Трифонов, – и не смей своим поганым ртом трогать имя Марины.

– Ах, святая Марина, – насмешливо воскликнула Анита, вскидывая руки вверх.