Родной самозванец

– Вы не можете сказать, насколько он похож на Прохора, что занял его место?

– Этого Прохора, которого Светлана считает ненастоящим, я не видела вообще!

– У меня есть с собой его фотографии. – И Андриана Карлсоновна полезла в свою сумку.

– Но ведь по фотографиям трудно что-либо определить, – воспротивилась было Римма Васильевна.

– Но вы всё-таки посмотрите, – попросила Андриана, и женщина, взяв из её рук фотографии, принялась внимательно их разглядывать.

– Вроде бы похож, – наконец сказала она и протянула фотографии обратно сыщице.

– Что? – быстро спросила Андриана. – Вы что-то вспомнили?

– Я не знаю, важно ли это, – медленно проговорила Пумпянская, – но тот Прохор, которого я видела, был немного худощавее, подтянутее, что ли. Однако за три года, что я не видела его, он мог и пополнеть.

– Но я уверена, – возразила Андриана Карлсоновна, – что в течение этих трёх лет Светлана Андреевна не раз показывала вам новые снимки брата и племянника.

– Фотографий Серафима Света мне благоразумно не показывала, – сказала Пумпянская, – а фото Прохора действительно подсовывала при любом удобном случае. Она обожает племянника. Ведь своих детей у неё нет, – вздохнула Римма Васильевна. – Но я должна признаться вам, что никогда внимательно не рассматривала снимки Прохора. Ведь он плоть от плоти Серафима, а всё, что связано с моим первым мужем, и теперь, много лет спустя, болезненно отзывается в моём сердце.

– Я понимаю вас, – обронила Андриана, – но, для того чтобы расследование успешно продолжалось, мне просто необходимо как можно больше узнать о вашем первом муже. К кому же мне обратиться за помощью, как не к вам.

– Думаю, что Света лучше меня знает своего брата.

– Я так не думаю, – ответила Андриана, – к тому же Светлана Андреевна в силу своего кровного родства просто не может быть объективной.

– Почему? – несколько удивилась Пумпянская.

– Потому что, как я подозреваю, она сильно любила брата и, следовательно, видела в нём только хорошее.

– Вынуждена признать, что вы правы, – согласилась Римма Васильевна и снова вздохнула. – Хорошо, спрашивайте, я постараюсь честно ответить на все ваши вопросы.

Андриана облегчённо перевела дыхание, она очень боялась, что Пумпянская не захочет разговаривать с ней о личном, тем более она сама призналась, что воспоминания до сих пор причиняют ей боль.