Родной самозванец

А когда они оказались возле берега, заросшего ивняком, он положил вёсла и потянулся к ней с намерением обнять её и поцеловать. Но она так резко отшатнулась от него, что чуть не перевернула лодку. Его улыбающееся лицо сразу помрачнело, точно на него набежала туча.

– Ты чего? – спросил он.

– Ничего, просто ты напугал меня.

– Я что, чудище лесное? – спросил он, рассердившись.

– Нет, но мы здесь одни. – Она быстро оглянулась по сторонам.

– А ты предпочитаешь целоваться в толпе? – усмехнулся он.

– Нет, но…

– Что – но?

– Мы с тобой не женаты.

– И что с того?

– Ничего, – вздохнула она.

Артур молча взялся за вёсла и направил лодку в обратном направлении. За всю дорогу он не проронил ни слова. Воскресная прогулка была испорчена.

Сдав лодку, они сразу покинули парк и поехали на трамвае к ней домой. Артур довёл Андриану до квартиры, сухо попрощался и почти бегом сбежал с лестницы. Она услышала глухой звук захлопнувшейся подъездной двери и позвонила в дверь своей квартиры.

Открыла ей мать.

– Что с тобой? – всплеснула она руками. – На тебе лица нет!

– Ничего, мамочка, – ответила Андриана и вдруг уткнулась в грудь матери и разразилась безутешным плачем. – Он не любит меня, – повторяла она сквозь слёзы, – не любит!

– Кто?

– Артур!

– Ты поссорилась со своим мальчиком? – Мама ласково погладила Андриану по рассыпавшимся в беспорядке волосам.

– Но вы же с папой не ссоритесь, – сквозь слёзы пробормотала Андриана.

«Не ссоримся при вас», – подумала про себя мать, а вслух проговорила:

– Просто мы повзрослели и стали более мудрыми, а на первых порах и у нас с твоим отцом всякое случалось.

– Да? – неуверенно протянула Андриана.

– Конечно, мой котёночек. – Женщина достала из кармана фартука носовой платок и осторожно промакнула слёзы на лице дочери.

Андриана послушно закивала и направилась в ванную комнату.

Артур пришёл к ней только через четыре дня, она уже все глаза проглядела, выглядывая его и опасаясь, что он её оставил навсегда. Ведь вокруг столько более доступных девушек, которые не откажутся целоваться с ним хоть все дни и ночи напролёт.