Прощание с плейбоем

– Но… Но это же, выходит, обман.

– Обман? Разве он спрашивал вас о чем-то?

– Нет…

– Так вот, для того, чтобы покаяться, существует батюшка.

– Чей батюшка? – удивилась Варвара.

– Православный. В церкви.

– А…

– К тому же вы все рассказали мне, облегчили душу. Ведь вам стало легче?

– Да, – ответила девушка и посмотрела на детектива с удивлением.

– Так что не следует примерять на себя роль раскаявшейся грешницы и поить своего любимого мучительной для любого мужчины отравой – своим признанием.

– Вы так думаете? – с сомнением проговорила Варя.

– Я в этом уверена!

– Но…

– Никаких «но»! Шиловский мертв! И вы свободны от всего, что случилось между вами. Вы меня поняли? – Тон Мирославы был настолько требовательным, что Варвара просто согласно кивнула.

– У вас есть лист бумаги? – спросила Волгина.

– А зачем?

– За надом! Так есть или нет?

– Есть. – Варвара полезла в стол и вытащила белый листок.

– Фломастер темно-синего или черного цвета есть?

– Есть, вот…

– Берите его в руки и рисуйте!

– Что рисовать? – удивилась девушка.

– Свои ощущения произошедшего. Изобразите тот узел, или камень, что у вас на сердце.

– Поняла. – Варвара взяла фломастер и начала что-то чертить на листке. Что это, понять невозможно, да и не надо.

Когда рисунок был закончен, Мирослава спросила:

– У вас есть в этой комнате спички?

– Да, я зажигала свечи, вон они на полочке.

Мирослава смяла лист и положила его на металлическую тарелочку с выбитым на ней памятником Петру I на коне, стряхнув с нее предварительно высохшие лепестки каких-то цветов.

– Поджигайте! – велела она.

Варвара чиркнула спичкой, и минуту или две они стояли и смотрели, как горит бумажный ком. А потом остался пепел…

– И что? – спросила Варя.

– Откройте окно и сдуйте его на улицу. Пусть ветер унесет вашу боль на все четыре стороны.

Девушка выполнила приказания детектива, с удивлением осознав, что не сомневается в действенности этого метода.

Провожая Мирославу, она тихо шепнула:

– Спасибо.

– Не за что.

– А Лиде тоже не говорить?

– Никому.

– Васе я позвоню, когда закончу курс лечения.

– Конечно.

– И попрошу у него прощения.

Мирослава кинула на нее вопросительный взгляд, и Варвара поспешила заверить ее:

– Я ничего ему не скажу. Извинюсь за то, что я такая капризная.

Детектив одобрительно кивнула и стала спускаться по лестнице.