Приусадебное убийство

Наверное, от природы такая конституция.

– «Такая же конституция, как у нас всех», говорил старшина Федот Евграфыч Васков, – заметил Костя серьезно.

– У всех, да не у всех, – вздохнула Саша и покосилась на Марианну, которая так же, как и она сама, ела без аппетита.

После завтрака все зашли поздороваться с дядей в его комнату. После чего Костя с Сашей отправились гулять к реке, а Марианна, узнав, что сегодня она свободна, поскольку Торнавский собирался провести день с Ниной, взяла машину у отца и уехала в город.

Валевский некоторое время с недовольным видом топтался на кухне.

– Что такое, Игнат Степанович? – спросила Татьяна. – Надо чего?

– И чего эта Снегурченко заявилась, – сердито пробормотал Валевский.

– Так Нина Витальевна не сама заявилась, Олег Павлович вызвал ее, – ответила Пальчикова.

– Знаю, что вызвал, но доктор велел ему пока не перенапрягаться.

– Так ведь мы с вами не можем Олегу Павловичу указывать.

– Может, доктору позвонить?

– Как хотите, – ответила Татьяна. – Но толку не будет, доктор ему тоже не указ.

Управляющий махнул рукой и направился к двери.

– Экий, однако, беспокойный, – вздохнула Татьяна тихо.

Торнавский и Снегурченко действительно собирались уединиться надолго: накопилось много дел.

– Нина, как я рад тебя видеть, – проговорил Торнавский, когда они остались наедине.

– Еще бы, – согласилась она. – Вам же без работы и один день в тягость, а тут вы столько времени бездельничаете.

Ее губы тронула улыбка.

– Не говори! – весело согласился Торнавский.

Нина засмеялась и расположилась рядом с постелью больного со всеми удобствами. Время пролетело незаметно, они не успели оглянуться, как пришло время обеда. Управляющий нетерпеливо постучал в дверь и, приоткрыв ее, сообщил, что пора к столу и отдыхать. Но Торнавский распорядился принести обед к нему в комнату, и Валевский скрепя сердце выполнил пожелание хозяина.

Около четырех вечера Нина заметила, что Торнавский утомился, но сдаваться не собирается, поэтому она чисто по-женски схитрила и, сославшись на усталость, попросила сделать перерыв в работе до завтра.

– Извини, я так увлекся.

– Ничего. Работы много накопилось, но ведь я не завтра уезжаю?

– Да, тебе придется пожить здесь несколько дней.

– Я не возражаю.

– Знаешь, я хотел посоветоваться с тобой о личном.

– Да, если это в моих силах, – улыбнулась она.