Миндальный вкус зла

Конечно, Лениной маме вовсе не хотелось, чтобы детектив расспрашивала её дочь о прежнем парне в доме мужа.

– У Лены сегодня в школе «окно», и она обещала забежать ко мне. – Лосева посмотрела на часы. – Должна прийти с минуты на минуту.

И в подтверждение её слов сработал звонок домофона.

– Вот и Леночка, – сказала Людмила.

Лена появилась буквально через пять минут, весёлая и цветущая, как весна за окном.

– Ой, здрасьте, мама, у тебя гости? – воскликнула она, увидев Мирославу.

– Нет, это у тебя гости, – сказала Людмила и, обращаясь к Мирославе, добавила: – Вы поговорите, а я чай принесу.

– Спасибо.

Лена недоумённо уставилась на Мирославу:

– Вы ко мне?

– К вам. Я хотела бы поговорить с вами о вашем бывшем приятеле.

– О ком же? – В голосе Лены прозвучало недоумение.

– О Прокофии Геликанове. Его обвиняют в убийстве.

– Ой. – Лена выронила свою сумочку.

– Я хотела бы узнать, как долго вы встречались и почему расстались.

– Встречались мы недолго. Понимаете, мы абсолютно разные люди.

Прокофий терпеть не мог школу, моих учеников иначе как оболтусами не называл. То есть я не имела возможности поговорить, поделиться, обсудить волнующие меня вопросы, а на голом сексе, извините, далеко не уедешь.

– И кто был инициатором разрыва?

– Он… к счастью.

Поймав удивлённый взгляд Мирославы, Лена поспешила объяснить:

– Понимаете, я встретила на одном из мероприятий своего теперешнего мужа. У нас оказалось так много общего! И я… влюбилась, – призналась она, почему-то слегка смутившись.

 – Но не знала, как об этом сказать Прокофию. И тут он сам! Представляете, какой подарок судьбы?!

– Понимаю…

– Ну, вот и вся история.

Людмила Лосева вошла в комнату с подносом, не проронив ни слова, расставила на журнальном столике чай, сахар, вазочки с конфетами и печеньем и так же молча удалилась.

– У вас очень тактичная мама, – мягко сказала Мирослава и сделала глоток из стоящей перед ней чашки, – вкусно.

– О, да, мама у меня золотая.

Мирослава уже догадалась, что мать и дочь тесно связаны и понимают друг друга с полувзгляда.

– Лена, скажите, пожалуйста, были ли у Геликанова враги?

Лена пожала плечами:

– Да нет, откровенных врагов у него я не замечала. Может быть, были недоброжелатели, но я о них ничего не знаю.

– А как Прокофий принял ваше согласие расстаться?

– Спокойно, мне кажется, он боялся, что я не созрела для принятия его предложения. А обижать меня он не хотел, как и я его.