Картофельная яблоня (сборник)

Просто, когда надо будет сделать выбор, преданные ему люди изберут его, не задумываясь.

Сероволосая Люда уже была готова. Осталось только закрепить полученный результат и идти дальше.

Павлов нехотя встал и проследовал за кулисы. Со сцены в полумрак закулисья метнулся молоденький паренёк в широких штанищах и бейсболке. Он тяжело дышал и вращал очумевшими от ударной дозы глазами. Павлова он узнал сразу. Паренёк изъяснялся по-французски, что для Павлова было, впрочем, глубоко безразлично. Не он ли сам способствовал языковому разобщению людей? Давно это было…

– Андрэ, ёу! – выкрикнул паренёк и проделал какой-то ритуальный танец в знак приветствия.

– Как дела? – Павлов строго оглядел старого знакомого.

– Клёво! Как сам? – парень расплылся в бессмысленной улыбке. Его сильно «плющило и корячило». Кажется, именно так называют то состояние, которое является следствием щедрого унавоживания мозгов дурью. – Твоими молитвами!

– Так уж и молитвами, – усмехнулся Павлов.

– Три года в топах! Слыхал?

– Я не меломан, – сдержанно напомнил Павлов.

– Один хрен, ты крут, парень! Если бы не ты… – неожиданно именитый DJ расчувствовался и стиснул Павлова в объятьях. – Подох бы я в своей сраной провинции. На фабрике, бля, пробки бы строгал, мать их!

– Талантам надо содействовать. – Павлов отстранился от благодарного протеже.

– Слышь, перец, а как ты тут, в Раше-то? – «Звезда» вдруг ухватила за кончик хвоста остатки ускользающего интеллекта, сопоставила факты, проанализировала временные и пространственные изменения.

– Считай, что отслеживаю твои успехи, – Андрей Семёнович уселся на стоящий рядом барный табурет и взглядом отогнал вертящихся неподалёку людей, желающих чем-нибудь услужить «суперстар». – За одним, хотел тебя об одной услуге попросить.

DJ метнул в воздух какой-то сверхмодный жест.

– Для тебя, хоть задницей по наждаку!

– Знаю. Тем более, тебя моя просьба, думаю, не обременит. Задница твоя, уж точно, не пострадает.

– Валяй!

Павлов подошёл к черте, отделяющей закулисье от вспыхивающей короткими световыми ударами стробоскопов сцены. Поманил парня пальцем. Тот послушно подошёл, сопя и кривляясь. Его тело не могло зафиксироваться в одном положении ни на секунду.

– Девушку видишь? – Павлов указал на тусклые волосы Люды, затерянные в толпе рыжих, золотистых и иссиня-чёрных шевелюр.

– Вон ту, что ли? Мышь пятицентовая! – «Звезда» поморщилась.