«Дура!»

Мне необходимы только чистые мягкие тряпки, большой кувшин теплой воды и по пригоршне ромашки и синеголовика.

– Все будет, как вы пожелаете, отец мой, – растерянно проговорила Онграт, смущенная резкостью молодого иерарха.

….Комнатка была небольшой, но светлой, и в ней было все необходимое для отдыха усталых путников. Когда Тон-Зар внесла воду, травы и бинты, мальчик уже лежал на одной из кроватей, сбросив тяжелые дорожные башмаки, а сам иерарх стоял у окна и, нетерпеливо постукивая пальцами, ждал, пока служанка поставит все на стол и уйдет.

Едва лишь дверь за ней затворилась, клирик резким движением головы сбросил капюшон, прислушался настороженно – не идет ли кто? нет, кажется, решили не мешать, – и тогда с явным наслаждением развязал свою маску, открывая удивительно прекрасное лицо и обруч с Синим Алмазом. После этого он нагнулся над лежащим на кровати и стал освобождать его лицо от повязок.

– Ну что, Джиангем? – осведомился он еле слышным шепотом, когда был снят последний бинт. – Как ты?

– Хорошо, – так же еле слышно ответила девушка.

– Сейчас я тебе дам травок попить. Эта дура вместо теплой воды прислала кипяток, так даже лучше. А обмоешься потом, когда слегка остынет, – Таолл отлил немного кипятка в глиняную миску, бросил туда же травы. – Чувствуешь, какой запах? Этот отвар снимает усталость.

– Ой, как хорошо…. – Джиан вытянулась на кровати, обеими руками обняла подушку и зарылась в нее лицом. – Я даже не помню уже, когда я в последний раз так отдыхала….

– Поспишь еще. Раз уж мы здесь, используем это до конца. Я спущусь вниз за ужином и заодно разузнаю у хозяйки, когда вернется ее супруг. Может быть, останемся тут и на вторую ночь – хотя я бы предпочел не рисковать. Слуги вроде бы все северяне, но даже среди них может найтись желающий просто так получить три тысячи имперских рун.

– А хозяйки ты не боишься? Она-то южанка….

– Ее? – Таолл презрительно усмехнулся. – Если я хоть что-нибудь понимаю в людях, эта дама занята исключительно своей замечательной персоной, а такие люди ненаблюдательны. Готов поспорить, что через день она не вспомнит, кому из Пятерых служили ее гости – Зогу или Рави, не говоря уже о наших именах.