Дерзкие дни

А пока вы были без сознания, каждый день наведывался какой-то гадкий пижон, на весь свет костерил официальную медицину и даже пытался оставить вам какое-то обезболивающее, видимо, всерьёз считая, что его варево лучше, чем те средства, которые предлагаем мы… – целительница слегка улыбнулась, небрежно поправляя полу белоснежной туники.

– И где же это обезболивающее? – спросила эльфийка.

– Мы спустили этого «знахаря» с лестницы вместе с его отравой.

– Зря. Я бы не отказалась попробовать. Хуже, наверное, не будет, – сказала Вадь.

Рану вроде бы залечили неплохо, но иногда плечо отзывалось сильной болью то ли на перемену погоды, то ли на фазу Луны, а те обезболивающие маз, которые предлагали ей в клинике, помогали мало.

На лице целительницы отразились, сменяя друг друга, удивление, возмущение, обида, а затем она, насупившись, молча вышла из палаты. Несколько секунд спустя в дверь тихонько постучали.

– Войдите! – откликнулась Лея, и на пороге появились двое: Батир Рел – эльф-лодиарий, занимавшийся делом Таниты Лиран, с огромным букетом белоснежных легенвилий в руках, и ещё один неизвестный ей лодиарий-лешан.

От неожиданности девушка едва не вскрикнула.

– Что вам от меня нужно? – резко спросила она, садясь на кровати.

– Мы должны задать вам несколько вопросов касательно событий на Картрском поле, – слегка смущённо начал Рел. – Это – мой коллега Изар Тай, – представил он своего спутника.

Тай окинул палату быстрым изучающим взглядом, пододвинул стул поближе к кровати и сел.

– Чёрный перстень найден? – без всякого вступления внезапно спросил Тай, впиваясь цепким взглядом в лицо девушки.

– Нет.

Ответ прозвучал твёрдо, но, возможно, чуть быстрее, чем следовало бы. Лал просил Лею никому не говорить о том, что перстень найден. Лодиарий что-то быстро записал на листочке пергамента.

– Вы уверены? – снова переспросил он, не поднимая головы.

– Абсолютно.

– Где Лал спрятал перстень? – снова резко спросил Тай, сверля глазами лицо эльфийки.

– Я не понимаю, о чём вы…

– Хватит! – внезапно вмешался Рел. – Ты забываешь, что она – не подозреваемая, а просто свидетель…

Как ни странно, слова подействовали, и Тай, воздержавшись от дальнейших расспросов, протянул Лее перо и пергамент.

– Распишитесь.