Практически невиновна

 – Не сердитесь. Увидимся как-нибудь.

– А мы опять на «вы»? – спросил Ян.

– Я – да. А что? Думаю, наше кратковременное па-де-де на диване не дает повода для фамильярности.

– Как хочешь, ребенок, – улыбнулся Ян. – Чао.

И поскакал по лестнице совсем не как сорокалетний старикан, а молодым резвым скакуном.

«Ребенок! – умилилась Мария. – Он назвал меня ребенком… Нашел, тоже мне… Надо держаться от него подальше. Что-то я себе не нравлюсь. Совсем распустилась. Куда, блин, смотрит Здоровякин?»

Здоровякин в данный момент смотрел в сторону удаляющегося автомобиля Вепрецкого.

Если Ян Николаевич был неудовлетворен, то его ощущения не шли ни в какое сравнение с неудовлетворенностью Здоровякина.

Илья хотел разворотить темно-зеленую пузатую «ауди» Вепрецкого – и не сделал этого. Он хотел измочалить отвратительного Машкиного ухажера – и не сделал этого. Он хотел ворваться в квартиру и залепить пощечину Марии – но ни за что на свете не сделал бы этого.

Инфаркт и язва – радостное будущее человека, позволяющего неутоленным желаниям разрывать его изнутри в клочья.

Илюша примерился к осветительному столбу и попытался вырвать его из асфальта. Не получилось. Тогда он ухватил поперек деревянную скамейку на квадратных бетонных ногах и шарахнул ею о фонарный столб…

Глава 5

Глубоким вечером Виктория подъехала к дому на Дебютной улице, где они с Данилой снимали однокомнатную квартиру. Возможно, она сделала это автоматически. Потом так же заторможенно поднялась на свой этаж и попыталась найти в серебряной сумочке ключи.

Ключей у нее не было.

– Как глупо! – поняла Вика. – Я не могу попасть в квартиру. Но как же хочется упасть на кровать и отрубиться! Я устала! И у меня все болит!

Внезапно дверь перед ней приоткрылась.

– Что вы тут возитесь? – недовольно спросила у нее женщина, оглядывая с ног до головы. – Что вам надо?

Виктория потеряла дар речи.

– Но это моя квартира! – воскликнула она. – Я снимаю ее за две тысячи в месяц.

– Какие глупости вы говорите, девушка! – сумрачно ответила женщина.

 – Я уже полгода снимаю эту квартиру. Причем за три тысячи.

Если минуту назад Виктория онемела от изумления, то сейчас она вообще впала в ступор.

– Что? – медленно произнесла она наконец. – Полгода? Но это… это… это невероятно! Я здесь живу! С сыном. Пустите, там мои вещи!

Женщина приготовилась грудью защищать частную собственность.

– Там нет никаких ваших вещей! – отрезала она. – Девушка, не нарывайтесь на конфликт.