Неумышленное ограбление

Постояльцы гостиницы и ее персонал сбежались на Светкин звуковой сигнал со стремительностью бизоньего стада. Светлана билась в истерике. Как первооткрывательница трупа она считала своим долгом между всхлипываниями посвящать окружающих в подробности инцидента:

– Я играла… Мячик улетел… Я пошла его искать…

– Ничего себе мячик, – сказал кто-то из поваров, – он что, у тебя как кирпич весит?

– Да не-е-т, – заметила горничная, – кирпич – вот он.

Действительно, недалеко от Олега валялся кирпич. Горничная устремилась к нему.

– Не трогайте! – зло крикнул на нее Тупольский. – Не трогайте ничего руками.

Я посмотрела на Марину. Она была бледна, но, как всегда, спокойна. Даже чересчур спокойна. Она смотрела на труп своего мужа с хладнокровием патологоанатома. Меня передернуло. Если бы такое произошло с кем-то из моих близких, я бы сейчас, наверное, каталась в истерике, как Светка. Марина переводила взгляд с головы Олега на кирпич и обратно, как бы пытаясь мысленно совместить их и представить картину в динамике.

– Надо вызвать милицию, – сказал Тупольский, повернулся и ушел в гостиницу. Я отозвала в сторону Бориса:

– Вы сегодня с утра не видели Вадима?

– Нет.

– Тогда, может, нам следует пошарить по кустам, вдруг и он где-то недалеко лежит?

– Боже мой, Боже мой, что вы такое говорите?! – запричитал Борис. – Какое несчастье, какое несчастье…

«Ладно, толстый, успокойся, – подумала я. – Сам небось кирпичиком и стукнул. Куда же делся Вадим?»

ВэПэ вернулся и поволок в гостиницу рыдающую Светку.

Вскоре подъехала милиция, еще через некоторое время – следователь, или как их там называют… В общем, Алексей Степанович, невзрачный узкоплечий мужчина с большим носом, большими губами и большими ушами. Все правильно, сыщику просто необходимы хорошо развитые органы чувств. В столовой он задавал нам вопросы. Постепенно дошла очередь и до меня.

– Татьяна Максимова? А вы к журналистике не имеете отношения?

– Имею.

– Как же вы попали в эту компанию?

– Я полтора месяца проработала в фирме, президент которой сейчас соизволит лежать на дорожке с разнесенным черепом.

– Вы что, там кросс сдавали?

– Где?

– На этой дорожке. Натоптано так, словно промчалось стадо мамонтов.

– Бизонов, – поправила я его. – Когда вся толпа прибежала смотреть на Олега Васильевича, я подумала: несутся, как стадо бизонов.