Экстремальная Маргарита

– В чем это проявляется?

– Во всем. А почему Маргарита так вас интересует?

– Э… – Илья едва не ляпнул, что телохранительница интересует вовсе не его, а гражданина Валдаева. – Я должен составить представление о людях, окружавших Никиту Андреевича. Думаю, за пять месяцев совместной жизни Дорогина стала почти членом вашей семьи.

– Можно так сказать.

– Поэтому я и спрашиваю. Значит, как я понял, ваша телохранительница любит нештатные ситуации?

– Обожает.

– Хотя это противоречит ее статусу телохранителя.

– Когда дело касается нашей Маргариты, об осторожности можно забыть. Например, видели бы вы, как она гоняет на мотоцикле, который ей подарил Никита…

– Не слишком ли дорогой подарок?

Настасья вздохнула. Чрезвычайно утомительно разговаривать с человеком, который любое слово в ответном предложении использует как повод для нового вопроса.

– Маргарита, знаете ли, спасла Никите жизнь. Он едва не утонул, Маргарита вытащила его из воды.

– А… Понятно…

– Еще она стреляет из всевозможного оружия, прыгает с парашютом…

– Просто какая-то супердевочка ваша Маргарита! – потрясенно заметил Здоровякин.

– Точно. Если вы женаты, то не вздумайте с ней знакомиться. Она сведет вас с ума, заставит прокатиться на горном велосипеде или предложит поучаствовать в гонках на выживание. Совершенно ненормальная девица, напрочь лишенная инстинкта самосохранения.

– Настасья, мы с вами заболтались.

– Какова наглость! Мы заболтались! – улыбнулась Настасья. – Замучили меня своими бесконечными «что, как и почему», а получается, это всего пустая болтовня?

– У меня остался еще один вопрос. Он возможно, бестактен, неприятен, но я должен его задать.

– Какое пугающее вступление. Я вас слушаю.

– Настасья, муж был верен вам?

Тревога и боль, отразившиеся на лице собеседницы, говорили о том, что последние дни подобный вопрос преследовал ее.

– Думаю, что да, – неуверенно ответила Настасья.

Серые глаза Настасьи наполнились слезами. Она смотрела на Илью, словно раненая птица, упрашивая не добивать ее, но Илье нужно было идти дальше, шагать твердой поступью по бранному полю, невзирая на стоны умирающих.

– Четырнадцатого августа к воротам вашего дома подошла девушка в парике под блондинку, в розовой мини юбке и красной фуфайке или кофте. Никита Андреевич ей открыл.