Дилетант

 – На фига мне твой кот?

– Аркаша, не хами!

– Нет, ну на фига?

– А мне что делать?! – взвилась Маша. – Куда моего малыша пристроить? Ты меня спровадил в командировку, ты и бери кота!

– Ох, какая же ты вредная! – заметил Аркадий.

Маша смотрела на него честными зелеными глазами, моргала, складывала губки бантиком, смахивала со лба светлую челку. Она немного взмокла от путешествия в метро, и от этого ее цветочные духи пахли сильнее. Аркаша чувствовал, что он вряд ли сможет отказать своей наглой подчиненной.

Серое, предельно лохматое существо выглянуло из сумки, покосилось на Гилермана и, ловко выскочив, прошмыгнуло в недра квартиры.

– Вот, ему понравилось! – довольно объявила Маша и застегнула сумку. – Ну, я пошла! Чао, мой диктатор. Рано утром лечу в ненавистный Шлимовск.

Аркаша схватил корреспондентку за руку.

– Во сколько самолет? – осведомился он.

– Рано. Я так рано и не встаю.

– Я отвезу тебя на машине. Утром.

– Спасибо, я возьму такси.

В смысле, ты хочешь, чтобы я осталась у тебя?

Аркаша энергично закивал. Коварная Маша сделала вид, что думает.

– Нет, пожалуй. Чемодан стоит несобранный. Спортивную сумку «Адидас» Мария укомплектовала уже вчера.

– Останься, – жалко попросил Гилерман. Он был на голову ниже Маши и снизу вверх буравил ее черными глазами.

– Ну… – снова якобы задумалась безжалостная Маша. – А что у тебя на ужин? Пахнет вообще-то не очень.

– А на ужин я тебя не приглашаю, – отрезал Аркадий.

 – Только в кровать. Какой ужин после девяти вечера? Тебе надо беречь фигуру. Ладно, открою шампанского. И персики у меня есть.

– Тогда пока. Пойду к чемодану, – решила Маша. – Прости, некогда. Позаботься о Бублике. Он хороший, но своенравный. Будь с ним нежен. Помни, он самое дорогое, что у меня есть.

Маша вырвала свою руку из редакторской ладони и вышла из квартиры. Аркадий с душераздирающими вздохами закрыл четыре замка на двери и направился на кухню.

Маша отказала ему в очередной раз, но ведь еще оставалось дивное блюдо, любовно приготовленное и, наверное, уже остывшее (к несчастью!).

На кухонном столе сидел лохматый Бублик и с утробным урчанием облизывал пустую тарелку, Аркаша застыл на месте, не веря своим глазам и еще не осознав весь ужас потери. Бублик поднял от тарелки зеленый, как и у его владелицы, взор, туманный от полученного кайфа, и послал Гилерману воздушный поцелуй.